— По поводу тебя у нас тоже есть приказ, — говорит она.

Каждый из пятнадцати кивает в подтверждении её слов. Я кашляю, скрывая нервный смешок.

— Любой ценой, независимо от исхода битвы, мы должны сохранить твою жизнь. И жизнь девушки по имени Роза. Хозяин сказал, вы обе — наш приоритет. И только потом он сам.

Как же это похоже на Риса, которого я узнала, и как на контрасте играет с Христофом, о котором мне говорили, сейчас уже кажется, десятилетиями назад, в моём мире!

Разве настоящий монстр должен заботиться о ком-то, кроме себя самого?

— Хорошо, — произношу я. — Давайте займёмся подготовкой. По одному выходите вперёд и демонстрируйте свои сильные стороны. Уверена, их у вас предостаточно.

А иначе, добавляю уже про себя, вы бы сейчас здесь не стояли.

* * *

Я бегу на пределе своих возможностей. Вымокшая от ливня, обрушившегося на город без предупреждения, одежда утяжеляет каждый шаг, волосы сосульками липнут к щекам. Я отдёргиваю путающуюся в ногах юбку сарафана, и, вовремя не замечая лужу, зачерпываю целую туфлю грязной воды. Но останавливаться нельзя, поэтому я только ругаюсь, на чём свет стоит, и впредь заставляю себя следить за тем, куда ступаю.

А в голове всё проносятся последние часы, и эти картины, словно нарезка из фильмов ужасов, теперь едва ли смогут меня оставить. Я была не права — у химер нет сильных сторон. Они — и есть сила в полном её объеме. Им не нужны ни режущие лезвия, ни пули — захотят и уложат нас на лопатки, даже не стараясь.

Когда влетаю в штаб и останавливаюсь посреди пустого коридора, чувствую колющую боль в боку. Сейчас она для меня не больше надоедливо кружащей поблизости мухи; уж чему я научилась, благодаря всему произошедшему за последнее время, так это правильно расставлять приоритеты.

А потому бегом поднимаюсь на этаж выше, иду к нужной двери. Едва удерживаюсь, чтобы не вынести её плечом — вовремя вспоминаю про наличие дверной ручки. Хозяин комнаты, в которую я вваливаюсь без стука, лежит на кровати, вытянув длиннющие ноги в ровную линию. Он убирает от лица книгу, и я вижу блестящие удивлением глаза.

— Где пожар? — спрашивает Бен, садясь в кровати.

Я демонстрирую ему поднятый вверх указательный палец, мол, погоди, дай отдышаться. Прохожу вглубь комнаты, присаживаюсь на свободную кровать. Бен, тем временем, спускает ноги на пол, надевает ботинки. И молча ожидает, пока я заговорю, уперев локти в колени и уронив голову на кулаки.

— Я была с Христофом, — начинаю я. Реакция Бена не заставляет себя ждать: он недовольно кривит губы, обозначая всё своё отношение к персоне, которую я упомянула. — Он показал мне химер. Они… Бен, они сильнее, чем мы предполагали! Я не знаю, чем он ещё их накачал, но…