Адияль, наблюдая за всем этим, будучи в полном одиночестве, уже стал жалеть о том, что приехал сюда. Здесь не было никого, кто был бы интересен ему: ни кого из ровесников, кроме этой девицы, за которой ухаживал его брат и, быть может, дочери барона. И, что убивало больше всего, никто даже не замечал его. Он уже стал чувствовать приближающийся приступ и хотел удалиться из зала. Единственная, кто привлекала внимание Адияля, была дочь барона Лузвельта. Черноволосая, веснушчатая, темноглазая девушка, которая ни на шаг не отходила от своих братьев, рисовалась перед взором Эди каждый раз, когда тот смотрел в ту часть зала, где находились члены её семьи и некоторые, по всей видимости, крайне важные персоны. Но приступ всё усиливался, и он ушёл в коридор, где, упав на пол, а затем, ползком добравшись до ступеней лестницы, присел. Дыхание его было тяжелое, глубокое, сердцебиение учащенное, зрачки расширенные, волосы стали потеть. Вид Адияля оставлял желать лучшего. Он вот-вот дойдёт до стадии, когда не сможет сдерживать слезы…
Но в этот же момент мимо проходил тот самый глава семейства Лузвельт — барон Назар Лузвельт. Он заметил печальное состояние юноши и озадаченно спросил:
— Парень, ты выглядишь не лучшим образом… Всё ли хорошо?
— Да… — едва нашёл силы ответить Адияль.
Щетинистый мужчина с чёрными вьющимися волосами присел рядом с Леонелем.
— Слушай, ты давай не шути со мной, я шуток не понимаю, — произнёс он хриплым грубым мужским голосом. — Выпей, — предложил бокал Назар Лузвельт.
Адияль трясущимися руками едва смог проглотить кислое вино.
— И вот — закуси, — потянул барон ему зелёный лист в скрученной форме.
Адияль скушал и его.
— Это трава, которую выращивают только на моих плантациях на островах Баго. Она обладает чудными свойствами… такими как, например, моментально избавление от головной боли, утоление голода и жажды, успокаивание. Правда, стоит кушать её лишь в маленьких количествах, ибо при больших концентрациях могут произойти некоторые неприятные последствия… Но о них я умолчу, — растолковал мужчина и, увидев успокоившееся лицо Эди, произнёс: — Ну-с, рассказывай. Что случилось? Все равно в зале скучно. Одни лицемеры да чревоугодники собрались и рассказывают друг другу, у кого за неделю больше любовников или любовниц было иль у кого прибыль возросла в большее количество раз. Хватаются никчемными достижениями. Пытаются привлечь внимание к своей скучной персоне. Тут все же намечается история поинтересней.
Адияль сначала колебался.