— Может, тебе проще будет говорить с твоими товарищами? — Тут сердце Леонеля ёкнуло. Лицо резко сменило тон на более мягкий.

— Если ты обещаешь пройтись со мной без дурных действий, то я приведу тебя к ним. Думаю, из их уст будет звучать хоть сколько-то да надёжнее. — Леонардо оторвал кусок ткани от простыни, на которой находился Адияль, и перевязал руку, всё ещё истекающую багровыми ручьями. — Жаль, будет шрам.

Помещение, в которое завёл Адияля Эйдэнс, кишмя кишило подозрительными личностями. Запах стоял, как в медицинском корпусе, а стены содрогались от неистового гула. Речи про яркое освещение и не шло. Словно преднамеренно в помещении не было ни единого источника света, кроме люстры, свечи которой едва ли могли пролить ясность на лица хоть половины персонажей, находящихся там.

Видимо, здесь меня изнасилуют и расчленят… — подумал Адияль, увидев всё это.

— О, Лео соизволил нас навестить! — воскликнул, ударив по столу, что тот аж чуть не перевернулся, один из присутствовавших мужчин. Он выглядел немало эксцентрично: в ушах, в губе, в носу — пирсинги, на шее — несколько цепей (причём, явно не из драгоценных металлов), волосы пострижены по бокам и на затылке коротко, а на макушке оставались длинными. Правда, кругом практически все выглядели схожим образом. Даже девушки.

— Гебель, если бы ты не пропадал с семи суток к ряду, то знал бы, что наш Лео уже как шесть дней с нами! — поправила мужчину женщина средних лет с чересчур укороченными волосами.

— Знакомьтесь, господа. Этот юноша — Адияль Леонель, сын Вэйрада Леонеля из рода Золотых Львов. — Шум усилился. Толком невозможно было разобрать, о чем там беседовали. — Адияль, это мои друзья…

— Сомневаюсь, что среди ваших друзей могут быть мои, — перебил Леонель.

— В этом ты не совсем прав. Давай пройдём чуть подальше. — Они аккуратно пробирались через густую толпу. — Не видишь знакомых силуэтов?

Адияль опешил: его товарищи, Джеймс и Ольгерд, играли в «Державы» вместе с этим вонючим сбродом — так назвал он друзей Леонардо Эйдэнса.

— Ребят, не хотели бы вы объяснить нашему другу, что на самом деле происходило последние годы? Нам с королём он верить не намерен, — произнёс Эйдэнс.

Джеймс и Ольгерд переглянулись. Оба кивнули.

— Эди, Эди… Предстоит долгая история. Возможно, местами запутанная… — начал Ольгерд.

— Вы смеётесь надо мной? Что вы тут устроили?! Думаете, я поверю хоть одному вашему слову? Я верю дяде Дориану, дяде Фирдесу. Вы даже не смейте сделать из них…