Назар Лузвельт, не став перечить гостю, провел его в свой кабинет, где обычно и проходили деловые встречи.

— Я вас слушаю, господин Изельгаам.

— Вопрос деликатный, но не терпит отлагательств. Я спешу, — так же уверенно говорил полководец. — Я желаю приобрести вашу франшизу, господин Лузвельт. Хочу купить все ваши кузнечные мастерские со всеми формальностями. И…

Реплику Норберта Изельгаама перебил внезапно возникший громкий хохот.

— Вы что? Шутите надо мной? Да чтобы я отдал вам всё моё наследие? Мою гордость и честь? Чтобы я лишился детища всей своей жизни?! Вы, должно быть, с ума сошли, господин Изельгаам! Убирайтесь из моего дома! Здесь не место вам и вашим алчным предложениям! Нет, я, конечно, был осведомлён о том, что вы усиливаете свое личное влияние путем покупки практически всех частных дел на территории Невервилля, но чтоб вам хватило наглости заявиться ко мне! Это, извините меня, нонсенс… Вы мне противны. Я под угрозой смерти не отдам вам ничего! — высказал барон. — Я уже однажды имел с вами дело. На этом все! Более вашей персоны видеть не намерен.

Норберт Изельгаам принял позу поудобнее, усевшись на кресле, далеко вытянув свои ноги, положив руки на подлокотники, откинув голову на спинку, высунув свой длинный острый язык, подлизывая губу. Словно бы прозвучавшие слова не произвели на него ни малейшего впечатления. Кроме того, он будто был готов к этому с самого начала разговора, а может, и ранее, ведь он и зрачком не пошевелил, выслушивая столь нелестное мнение о себе.

— Ваша воля, — спокойно произнёс он. — Тогда я прибегну к таким мерам, которые, вероятно, вам придутся не по душе. Господа, войдите! — было сказано довольно громко.

В это же мгновение в доме раздался крик служанок снизу, многочисленный топот, затем прерывистое: «Отец!» И уже спустя минуту в кабинете стояло четверо амбалов. Лузвельт опешил, он был огорошен происходящим и весьма смутно понимал, что будет дальше.

— Давайте так. Теперь я буду говорить, вы же не возражаете? — Изельгаам противно усмехнулся. — Ну как же вы в таком положении сможете возражать, не подумал совсем. Тем не менее приступим: на столе у вас лежат бумаги, — он подошёл ко столу и положил несколько листов, — вы их подпишите. По первому договору вы передаёте в моё владение все ваши виноградники, плантации и фермы на островах Баго. По второму вы переписываете на меня всю вашу многочисленную сеть кузнец и мастерских. Но мне ведь нужны гарантии… Да и ходить в холостяках не так уж и занимательно на деле, как оказалось. Потому: по третьему договору вы даёте свое отцовское благословение на помолвку вашей дочери со мной. Думаю, это даже вам на руку…