Ты моё море… до которого мне не добраться. Через которое мне не переплыть.

— Впустите его.

И в дворцовую залу вошли двое стражников, возле которых тащился Адияль. На троне восседал Зельман Златогривый, который при виде Леонеля тут же встал. Он медленно, не спеша спускался по невысоким ступеням, отделяющим прочую часть помещения от престола.

Первое, о чем подумал Адияль, увидев человека в синей королевской мантии, — что он не тот король, которого видел раньше. Перед ним сейчас стоял человек гораздо старше, мудрее, что чувствовалось в его глазах, совсем не такой уверенный, и уж точно перед ним был не надменный и расчётливый персонаж, каким был, несомненно, тот король во дворце Урвалл. Отличался и внешний вид, и осанка, и глаза, а знаменитой шевелюрой и не пахло. Подумать только, Зельман Златогривый — седой старик с кривой спиной и тростью… Верно, надо мной решили подшутить! — вспыхнуло в голове Адияля.

— Кажется, мы ещё не виделись? — произнёс Зельман. — Вот, значит, как выглядит сын моего брата. Я думал, ты младше. Действительно, ты вылитая его копия!

Как только донеслись эти слова до Леонеля, он вмиг не только осознал то, что этот человек, и правда, является королём Невервилля, но и перед его лицом возникли ужасные картины прошлого. Всплыли фрагменты, как его отца пронзил клинком в спину его товарищ, как Адияль саморучно снес голову Нильфаду, как последние два близких человека истекали кровью на земле, как Фирдес Отсенберд в последнем своём письме просил его бежать как можно дальше от лап короля в то время, как он и есть причина всей этой череды потерь и боли. Он падает на колени, тяжело дыша, судорожно хватаясь за грудь, за шею. Его глаза наполняются солью, зрачки сужаются.

— Что с тобой? — обеспокоенно спрашивает король и бросается в его сторону. За ним и Леонардо Эйдэнс.

Адияль высвобождает меч и бросается в сторону Златогривого с возгласами:

— Ты — убийца моих родителей! Палач моей жизни!

Зельман удивлённо раскрыл глаза. Расстояние между ним и Леонелем стремительно сокращалось, а он и не думал ничего предпринимать.

— Зел, он, кажется, не остановится! — вскрикнул десница.

Зельман прикусил губу. Один удар, второй, третий — Леонель катился по спине, но меч не терял. Златогривый встал на правую руку Адияля, не позволяя ему сокращать мышцы. Он стал вынужден высвободить рукоять. Златогривый нанес несколько сильных ударов по его корпусу.