Амелия закрыла уши руками.

Правда, это ничуть не помогло.

– Вы подозреваете меня в том, что я пытаюсь заманить вас в ловушку?

– Отнюдь, – Юлиан дель Эйве тряхнул головой, отбрасывая с лица мешающую прядь. Он все еще стоял и рассматривал что-то, чуть задрав подбородок. – Это больше похоже на попытку познакомиться с влиятельным лицом.

Лорд Дамиан глухо рассмеялся.

Амелии показалось, что он был уязвлен и даже смущен.

– Но, как видите, я здесь.

– Не буду скрывать, что наслышан о вас, – сказал лорд Дамиан. – И мне польстила бы возможность стать вашим приятелем. Но я не склонен искать дружбы кого бы то ни было только ради высокого статуса.

Его собеседник промолчал.

– Но я ищу в вас не друга, а союзника, – продолжил лорд Дамиан. – Потому что, я уверен, вы отлично понимаете, к чему все идет.

– А к чему все идет? – переспросил лорд дель Эйве с отстраненным удивлением. – И, главное, что именно?

Амелия почувствовала, что в комнате словно бы стало холоднее.

Лорд Дамиан сохранял молчание долго. Амелия слышала, как стучит ее сердце, отдаваясь где-то у самого горла – тук-тук, тук-тук, громко, до щекотки в груди, в которой, казалось, образовалась гулкая пустота.

– У вашего господина, Мастер Юлиан, есть цель, – сказал лорд Дамиан, наконец. – Цель, которую он прикрывает другими. Менее значимыми, но куда более понятными окружающим. У моей госпожи тоже есть цель. И она идет вразрез с интересами вашего господина. Они будут кружить друг вокруг друга, как два волка, которым пришла пора выяснить, кто из них главный, а когда они, наконец, сцепятся, всем придется несладко.

Лорд дель Эйве выдохнул воздух чуть громче, чем стоило бы, но ничего не ответил, позволив собеседнику продолжить.

– Но я достаточно о вас наслышан, чтобы предположить кое-что.

– Это пахнет заговором, Мастер Дамиан.

Фраза прозвучала резко, как удар хлыста.

– Я не силен в интригах, милорд, – парировал лорд Дамиан с улыбкой – Амелия слышала ее, пусть и не видела его лица. – И верен своей госпоже. Но, если я достаточно хорошо понял, что вы такое и что такое ваша семья, – он выделил слово «семья» голосом, словно оно имело некое особое значение, – то могу предположить, что у наши с вами ценности и принципы близки. Я пригласил вас, чтобы мирно поговорить.

Он сказал что-то еще, но Амелия не расслышала слов – только шаги и щелчок замка.