— Это совершенно не очевидно, — со всей возможной твёрдостью возразила Руана.

Вздохнула и решила, что нахальства никогда не бывает слишком много:

— Единственная, если вы намекаете на ваши личные интересы, то они-то как раз совсем не очевидны.

— Ты язык-то попридержи! — взбеленился побагровевший тигр.

Его красная рожа, обрамлённая сединой, напомнила Руане Новый год и Деда Мороза. Она улыбнулась тёплому воспоминанию, что Буг-Яр моментально принял на свой счёт:

— Смеёшься надо мной?!

— Угомонись! — шикнула на него императрица и уставилась на таарию в фирменном прищуре Яр-Туранов: — Поясни.

Руана решила, что за семь бед и впрямь лучше дать один ответ:

— Ваше положение без поддержки рода ничего не стоит. А семью проще всего расколоть, наплевав на чувства одного из родичей. Отняв у него то, что ему дорого.

— Это верно, — невозмутимо согласилась Мстира, взглянув на мнимую соперницу более милостиво.

— Поэтому я не считаю, что ваша выгода в этом деле очевидна, — резюмировала Руана, старательно вцепившись в маску рассудительной бесстрастности.

Хотя её так и подмывало растянуть губы в улыбке. Она страшно нравилась себе в этот момент: не струсила ведь. Какая всё-таки молодчина. Так держать!

— Ты действительно любишь моего Урха? — внезапно спросила императрица с нескрываемым участием в голосе.

Участие, само собой, предназначалось не чужой девке, а родному брату.

На этот раз выдержка погорела, и Руана поморщилась.

— Не любишь открывать чувства кому попало? — сообразила Мстира.

— Не люблю, — преисполненным искренней благодарности голосом поддакнула её потенциальная невестка.

Благодарности за то, что не пришлось мямлить, рассказывая о собственном видении такого предмета, как любовь.

— Я тоже, — поделилась с ней императрица. — Ладно. Ты права: это не я. Мы с отцом поговорили о тебе, — вроде бы намекнула она, что инцидент исчерпан. — Радо-Яр не заслуживает участи вдовца по моей вине.

— Вдовца? — обалдело вытаращилась на неё Руана. — Мы ещё не…