Он нервно усмехнулся.

– Главное, людям, во благо которых ты всё это делаешь, свои способности не демонстрировать. Это, Ева, правило на все времена. Никогда не жди благодарности, жди только расплаты! Впрочем, всё справедливо… Я заслужил это. Тысячу лет плачу, а конца-краю искуплению так и не видно. Снять проклятие может только тот, кто его наложил. И, потому, я буду проклят вечно.

– Ты помнишь, кто это сделал? – удивилась Ева. – Ты ведь сказал, что всё забыл. Даже имя своё настоящее.

– Да, забыл всё, – кивнул Эрих. – Одну только ночь и помню. Ту проклятую ночь Самайна. Так она и сказала: что это я буду помнить всю свою жизнь. Помнить, за что расплачиваюсь.

– Она?

– Она, – кивнул Эрих, покосившись на Еву. – Ведьма, которая меня прокляла.

Светлый взгляд его потерялся где-то во временах и пространствах.

– Девочка, которую я… убил.

***

Прошлое

Время Самайна.

Заперты засовы. Все по домам. Священный новый огонь уже зажжён. Он оберегает очаги. И люди жмутся к нему в поисках защиты и благословения.

Новые святоши запугивают прихожан тем, что нынче по улицам бродят лишь нечистые. Старики же говорят, что мёртвые предки сегодня приходят в мир живых.

В любом случае, сегодня живым лучше спрятаться за стенами, у огня, неважно, из страха или из уважения.

Время Самайна. Тёмное время. Время зимы и смерти. Мир духов и мир людей соприкоснулись. Кто-то чтит эти дни, кто-то просто боится, но все чувствуют, мир становится иным. И лучше затаиться на время, переждать, пока минует опасность.

Те, кто верит в нового бога, возносят молитвы Иисусу и непорочной Мэри. Те, кто чтит старых богов и сидов, выставляют плошки с молоком и кровью, в надежде задобрить жестоких духов.