- Роксана, однажды я предлагал вам подарок, - произнёс граф Бранчефорте, - и вы отказались. Но тогда мы были совсем чужие друг другу, а теперь всё по-другому.

Как забавно, что одинаковые слова могут означать совершенно разное.

- Может, сейчас вы доставите мне удовольствие и позволите подарить вам… - продолжал Бранчефорте, и тут словно молния ударила меня в голову.

Вернее – в мозг.

Вспышка! Мгновение!.. И я поняла, почему меня так тянуло к той картине в мастерской Эверетта. Дело было вовсе не в Джейн. Дело было в попугае. Я вспомнила, где видела эту пёструю, великолепную птицу.

- Гилберт! – я остановилась так резко, что на нас оглянулись, да и граф посмотрел на меня с удивлением. – Вы правы. Мне, как вашей жене, полагается подарок.

- Что бы вы хотели?.. – начал он, но я не дала ему договорить.

- Хочу, чтобы вы меня поцеловали, - сказала я и привстала на цыпочки, обхватывая его за шею. - Здесь, сейчас, и безо всяких условностей.

- Что за странная игра? – поинтересовался он, но уже схватил меня за талию, притискивая к себе.

- Новый скандал, - шепнула я ему. – Это так весело!

- Вы же не хотели шокировать… - он не договорил, потому что я его перебила.

- Плевать на всех! – сказала я и притянула мужа к себе, зажмурившись и целуя его в губы.

Граф тут же перехватил инициативу, и поцелуй длился долго, очень долго. Я была слишком напряжена, чтобы прочувствовать весь пыл и всю страсть, с которыми мой муж бросился в омут нового скандала, но мне показалось, что я оглохла – так тихо стало на Торговом мосту. Будто все торговцы разом покинули свои лавки, умчавшись по срочным одновременным делам.

Я первая попыталась прекратить поцелуй, и граф сразу, хотя и нехотя, отстранился.

- Даже если это игра, мне нравится, - произнёс он, чуть задыхаясь. - И я не прочь продолжить.

- На нас все смотрят, - прошептала я, оглядываясь украдкой и изображая смущение и растерянность, прячась под шляпкой.

Впрочем, мне не понадобилось даже сильно притворяться. Я и правда была смущена и растеряна, потому что граф продолжал тянуть меня к себе, а с шокирующими сценами можно было заканчивать.

- Разве нам не плевать? – уточнил Бранчефорте.

- Всё же, будем держаться в рамках, - я улыбнулась и ласково поправила на нём сбившийся воротничок. – И давайте оставим эту обязательную прогулку и ресторацию и пообедаем дома. В тихой, семейной обстановке, - подумала и добавила тише: - Чтобы никого больше не шокировать.