– Я что-то сделал не так? – спросил он, стоя рядом с ней, склонив голову, всем своим видом выражая почтение и смирение.

Она покачала головой.

– Нет, я полагаю, что нет. Не имеет значения, главное избавить его от боли.

– Так и будет, – ответил он. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать счастливыми и его, и тебя, и Фрэнка.

Она посмотрела на него с жалкой улыбкой.

– Счастливыми!

– Да, счастливыми! – повторил он с тихим, но сильным ударением. – Помни, что, хотя я завоевал тебя силой, я люблю тебя; что я умер бы за тебя, да, умер бы за тебя, если бы это было необходимо…

Она встала и вновь опустилась в кресло и приложила руку ко лбу.

– Отпусти меня сейчас, пожалуйста, – устало сказала она.

Он надел шляпу, но жестом остановил ее.

– Фрэнк, – сказал он.

Она поняла, что он имел в виду, и наклонила голову.

Джаспер подошел к двери, окликнул Фрэнка по имени, и тот вошел. Джаспер положил руку ему на плечо и крепко держал ее там, несмотря на попытки мальчика отпрянуть.

– Фрэнк, – сказал он своим низким, тихим голосом, – я хочу сказать тебе несколько слов. Позволь мне начать с того, что твоя кузина Стелла полностью одобряет то, что я скажу.

Фрэнк, глядя на Стеллу, он не сводил глаз с ее лица, сказал:

– Это так, Стелла?

Она наклонила голову.

– Я хочу, – сказал Джаспер, – мы хотим, мы просим тебя, мой дорогой Фрэнк, стереть из своей памяти все, что произошло здесь сегодня утром и до этого; помни только, что твоя кузина Стелла – моя невеста. Я отдаю себе отчет в том, что внезапность происходящего вызывает у тебя удивление, что вполне естественно, но преодолей это удивление и научись как можно скорее признавать его неизбежным фактом. Из всего, что произошло между … между … – он запнулся, вспомнив ненавистное имя, и сделал небольшой вдох, – лордом Лейчестером и Стеллой, ничего не осталось … ничего! Мы забудем все это, не так ли, Стелла?

Она сделала тот же жест.

– И мы просим тебя сделать то же самое.