Леди Лилиан протянула руку, Стелла подошла и взяла ее под руку.

– Подожди меня на дорожке, Жанетт, – сказала леди Лилиан. – Ты позволишь мне опереться на тебя, Стелла, – тихо добавила она.

Стелла взяла ее и подвела к креслу, и они оба сидели молча. Стелла смотрела в землю, Лилиан не отрывала взгляда от бледного, прелестного лица, еще более прелестного, чем когда она видела его в последний раз, раскрасневшегося от счастья и предвкушения любви. Острая боль пронзила нежное сердце больной девушки, когда она заметила темные круги под прекрасными глазами, плотно сжатые губы, бледное, усталое лицо.

– Стелла, – пробормотала она и обняла ее.

Стелла повернула лицо; ей было почти трудно держать себя в руках.

– Леди Лилиан…

– Лилиан, только Лилиан.

– Вы пришли сюда так поздно!

– Да, я пришла, Стелла, – прошептала она, и слезы навернулись на ее глаза, привлеченные звуком другого голоса, такого печального и такого безнадежного. – Я не могла успокоиться, дорогая. Ты бы пришла ко мне, Стелла, если бы я … Если бы это случилось со мной!

Губы Стеллы шевельнулись.

– Возможно.

Лилиан взяла ее за руку – горячую, лихорадочную и беспокойную.

– Стелла, ты не должна сердиться на меня …

Слабая улыбка мелькнула на бледном лице.

– Сердиться! Посмотрите на меня. Сегодня ночью не может произойти ничего такого, что могло бы разозлить меня.

– О, моя дорогая, моя дорогая! Ты меня пугаешь!

Стелла посмотрела на нее с ужасающим спокойствием.

– Неужели? – затем ее голос понизился. – Я почти боюсь за себя. Зачем вы пришли? – спросила она почти резко.

– Потому что я думала, что ты нуждаешься во мне, в ком-то, в какой-то девушке, такой же молодой, как ты. Не отсылай меня, Стелла. Ты выслушаешь, что я пришла сказать?

– Да, я выслушаю, – устало сказала Стелла, – хотя никакие слова, которые можно произнести, мне не помогут, никакие.