Лейчестер не вскрикнул, когда его взгляд упал на бледное, застывшее лицо, но он опустился в лодку и закрыл глаза руками.

Когда он поднял глаза, то увидел, что старик спокойно кладет весло на место.

– Да, сэр, – сказал он, серьезно отвечая на взгляд Лейчестера, – он мертв, мертв как камень. Гребите назад, сэр.

– Но другой! – шепотом сказал Лейчестер.

Старик покачал головой и посмотрел вверх, на утес.

– Он там, наверху, сэр. Живой или мертвый, он там, наверху. Он не упал в море, иначе мы должны были его встретить.

– Тогда … тогда, – сказал Лейчестер, его голос изо всех сил старался успокоиться, – он может быть жив!

– Мы скоро увидим, сэр; гребите не на жизнь, а на смерть.

Лейчестеру не требовалось дальнейших подсказок, и лодка помчалась обратно. К тому времени, когда они добрались до берега, собралась толпа, и Лейчестер скорее почувствовал, чем увидел, что неподвижная, безжизненная фигура, которая преследовала его со своего места на дне лодки, была унесена. Скорее почувствовал, чем осознал, что он ускоряется вверх по утесу, за которым следовали хозяин и полдюжины рыбаков.

Молча и затаив дыхание, они добрались до вершины и мгновение стояли в нерешительности. Затем Лейчестер увидел, как один из них шагнул вперед с веревкой.

– А теперь, друзья, – сказал старик, – кто из нас пойдет ко дну?

На мгновение воцарилась тишина, затем Лейчестер шагнул вперед и взял веревку.

– Я, – сказал он.

Это было всего лишь слово, но никто не осмелился оспорить его решение.

Тихо и спокойно они обвязали веревку вокруг его талии, оставив петлю ниже. Он оставил свое пальто в лодке и с минуту стоял с непокрытой головой. Старик стоял рядом с ним, спокойный и серьезный.

– Держитесь крепче, сэр, – сказал он, – и если … если … вы найдете его, обвяжите веревкой и дайте знать.

Лейчестер кивнул, поднял руку и в следующее мгновение уже раскачивался в воздухе. Медленно и неуклонно, дюйм за дюймом, они опускали его в ужасные глубины среди мертвой тишины. Внезапно его голос прервал ее, донесшись до них одним словом:

– Стоп!

Затаив дыхание, они ждали, потом почувствовали, как дернулась веревка, и подтянулись. Когда он появился, неся на руках хрупкую фигурку бедного Фрэнка, раздался громкий всхлип облегчения, а не радостного возгласа.

Осторожно, но быстро они размотали веревки и положили Фрэнка к ногам Лейчестера, а старик опустился рядом с ним на колени.