Слуги, готовые услужить знати, были одеты в туники цветов устроителя турнира, то есть королевского дома, как это было в ушедшую эпоху подобных развлечений. И стража, и музыканты, и глашатай, выкрикивающий имена поединщиков, проигравших и победителей. А поверху амфитеатра были развешены стяги с гербами всех участников состязаний. Был там и стяг моего доброго друга и наперсника – Фьера Гарда. Он тоже решил похвастаться удалью, и всё мое внимание было отдано ему, как и мольбы, адресованные Хэллу, о помощи барону. Более переживать мне было не за кого.

Его Величество по понятным причинам в забаве участия не принимал. Он был главным судьей и устроителем. Да и проигрывать государь не любил, а потому другие участники состязания были бы вынуждены подыгрывать ему, чтобы избежать последствий своего торжества.

Впрочем, в первом состязании, я в этом уверена, король победил бы вполне обоснованно. Это был конный выезд. Всадники показывали свое мастерство в управлении лошадью. Посадка, сноровка, разнообразные аллюры, взятие препятствий, и без трюков тоже не обошлось. К примеру, конь графа Дренга – любимца и приближенного Его Величества, закончив свое выступление, станцевал к вящему удовольствию публики. А Хартиг – скакун барона Гарда, любезно раскланялся перед тем, как приступить к состязаниям, и после них. Я аплодировала ему, весело смеясь.

После того, как последний участник закончил свое выступление, победитель был объявлен. Им оказался всё тот же граф Дренг. Я была с этим решением короля и тех, кому было позволено также высказать свое мнение в судействе, совершенно не согласна. Даже с возмущением посмотрела на королевскую ложу, однако немного успокоилась, когда мой фаворит был назван в числе лучших мастеров конной езды Двора Его Величества.

Усмирив свое недовольство, я воззрилась на арену, где готовили мишени. И когда первые стрелки вышли к начертанной линии, на бортике, отделявшем арену от зрителей, сверкнули кристаллы магистра Элькоса, создавая защиту от шальной пули и снизившие шум от выстрелов. Теперь они казались негромкими хлопками, что оказалось весьма приятно.

В отличие от первого состязания, второе не окончилось с последним выстрелом последнего участника. После этого, как и во время большой охоты, в сторону отошли менее меткие стрелки, оставшиеся продолжили сражаться.

– Бедный барон Гард, – удрученно вздохнула графиня Энкетт еще в самом начале этого состязания. – Он дурной стрелок. Это досадно, но он вылетит еще в начале.

– Не будем спешить с выводами, – сухо ответила я, оскорбившись за своего приятеля. – Если его милость проигрывал, не желая затягивать свое участие раньше, это не означает, что сейчас он не покажет, на что способен.