─ Мне так приятно, что вы понимаете, насколько всё бессмысленно, ─ не скрывает радости он с хохотом, подтягивая всё больше и больше своих друзей, которые окружают нас, уничтожая последние барьеры, которые вампиры ставили, готовясь к этому нападению. Если здесь и оставались ещё ловушки, их больше нет.
─ Мы должны попасть к храму, ─ едва слышно шепчу я Нелл. ─ Не знаю как, но нужно это сделать – там сейчас сосредоточена вся магия, а здесь я её уже почти не чувствую. Кто-нибудь может переместиться?
Похоже, у нас нет выхода, но я точно знаю, что придётся сделать и, возможно, это будет последнее решение в нашей жизни вообще.
─ У меня есть идея, ─ шепчет подруга, незаметно хватая меня за руку, когда другой ладонью я чувствую, как меня касается Лекс, судя по всему, так же знающий мои мысли наперёд.
Мужчины намеренно закрывают нас спинами, оттесняя внутрь замка, и никто не оборачивается, чтобы попрощаться. Камилла остаётся с Алеаром, готовая до последнего не покидать его, и во мне всё переворачивается с ног на голову от мысли, что я могу больше никого из них не увидеть…
С противоположной стороны леса слышится топот множества конских ног, и в поле зрения попадают прибывшие охотники. Они, бесчисленной армией возвышаясь на своих единорогах, замерли впереди, оценивая ситуацию, а впереди нетерпеливо пофыркивающих зверей уже мчались гончие, добивая тварей, которых только прибавлялось.
Энитири бесчисленное множество. Я вообще не могла представить, что их столько существует – мужчины и женщины, совсем молодые парни, и Дерек среди них, бок о бок с другими королями, кто не встал на сторону жрецов. Его, полное ярости волевое лицо в снова начинающемся снегопаде – последнее, что я вижу, прежде чем двери в зал захлопываются, отрезая нас от эпицентра скорого взрыва.
Мы с друзьями переглядываемся и одновременно пытаемся призвать свои силы. От ладоней близнецов исходит жар, всё нарастая в попытках прорваться наружу, когда мне остаётся только поймать момент, чтобы не сгореть и мысленно просить помощи у родового дерева и своей крохи. Мне кажется, сейчас пальцы обуглятся, но стоит этой мысли появиться в голове, и магия толчками просыпается где-то внутри, будто утопленник, оживая и поднимаясь с самого дна к поверхности. Вихрится вокруг бело-розовыми лепестками в языках золотого пламени, а потом просто вышвыривает нас в другое пространство.
На секунду зависая в воздухе, мы падаем на каменный пол знакомого храма с горящими внутри огнями, неслабо ударяясь и без того повидавшими многое косточками.