С неимоверными усилиями, Лекс отворяет преграду и с нечеловеческим криком: «Хрен вам всем, а не печеньки!» исторгает из себя огонь, ярким светом выплёскивающийся из его рук. Слышится жуткий визг, а потом вновь наступает оглушительная тишина, в которой слышно лишь то, как тяжело парень дышит.

Мы хорошо понимаем, что это был тот самый надлом, что оставила после себя смерть Женьки, да и вообще всё произошедшее, слишком долго копившееся в одном маленьком человеке.

─ Ди, путь свободен, ─ говорит он, отдышавшись, а потом указывает на рощу. ─ Сможешь что-то с этим сделать?

Я подхожу осторожно и прежде чем взглянуть на испорченные деревья, крепко обнимаю друга, успокаивая его и позволяя просто вспомнить, что он не один, а следом подходит и Нелька.

─ Я в норме. Просто выбесили.

─ Сохрани этот настрой, ─ советует ведьмочка, стискивая брата, что есть силы. ─ А потом сможешь отдохнуть.

─ Я тут подумал и решил, ─ глухо бормочет парень, утыкаясь в плечо брюнетки, ─ когда всё это закончится, я заведу себе енота и назову его Апокалипсис. Научу фокусам и поеду по миру. Он будет радовать меня, напоминая о том, что было… И армию скелетов я тоже себе организую.

─ Конечно, ─ соглашается она. ─ Всё, что угодно.

Я всё же рискую и выхожу наружу, сразу замечая пепелище впереди и скрученные, словно от боли, дубы. Живого места на них совсем не осталось, да и магии никакой не чувствуется, но надежда во мне ещё теплится – в конце концов, когда нечего терять, можно пробовать любые безумства.

Впереди вдруг виднеется слабое свечение, и, прежде чем предпринять хоть какую-то попытку помочь роще, я делаю пару шагов, аккуратно переступая сквозь спутанные, иссохшиеся как мумии корни, а потом замечаю умирающего оленя. Кажется, это Хранитель Антаррэль, и он ещё жив, но это может измениться в любую минуту.

─ Ребят, помогите!

Близнецы мигом добираются до меня, когда я присаживаюсь рядом с животным. Символ на его лбу уже слабо мерцает, и огромные глаза смотрят с мольбой – волшебное существо прекрасно понимает, что ему не выжить, а потому молчаливо просит закончить его мучения, да и чёрная, пузырящаяся рана не выглядит хорошо..

─ Я попробую, ─ решет Лекс, даже не сомневаясь, что справится.

─ Тогда не медли – я слышу нежить.

Твари недолго напуганы пожаром, что устроил для них парень, но пока не рискуют подходить близко, да и вряд ли им внушили нас убить. Как бы то ни было, олень в руках Лекса постепенно возвращается к жизни, и это становится настоящим чудом, когда его рога снова наливаются пусть и слабым, но свечением. Может, он сумеет спасти богиню?