Я облегчённо вздыхаю, подходя к одному из дубов. В душе такое смятение, но я очень стараюсь не думать о Нике и остальных, и вместо того, чтобы не впасть в тоску и безнадёгу, прислоняюсь к исполину, отчаянно желая услышать его хотя бы угасающее сердцебиение. Жду, напрягая слух на максимум. Тревожусь от тишины.
Но ожидания всё-таки оправдываются.
Вливаю силу, чувствуя отклик, а потом начинаю чувствовать. Это как цепная реакция, в начале которой зарождается всего лишь маленький импульс, а за ним следуют уже новые, более сильные, мощные, только мне приходится почти полностью слиться сознанием с магическим деревом, отдавая себя.
Я не знаю, сколько длится всё это, пока перед глазами возникают яркие вспышки, возрождающие дуб, который всё больше встряхивается ото сна, но в какой-то момент мне, словно через слои ваты, начинает мерещиться голос. Кто-то зовёт меня, пытаясь докричаться, и в этом звуке столько отчаяния, что я вырываюсь из транса, куда так глубоко погрузилась.
─ Рина!!!
И только когда я оборачиваюсь, борясь со звоном в ушах и пытаясь понять, почему Нелл так напугана, встречаюсь с глазами полными тьмы.
─ Прощай.
Иногда мгновения будто специально останавливаются, чтобы продлить агонию, но только в этот момент, когда моё сердце пронзает проклятая сталь, я осознаю, как время на самом деле быстротечно.
А ведь эта зима и правда длилась слишком долго…
* * *
Жрец почувствовал их исчезновение почти сразу, замерев и ухмыльнувшись. Он будто ждал этого момента, но даже не дёрнулся, и у Ника всё перевернулось внутри от мрачного предчувствия чего-то неотвратимого.
─ Что, детки убежали? Как жаль, что им оттуда всё равно не выбраться… Но я думаю, они меня дождутся, чтобы повеселиться вместе, как в старые добрые времена.
Громов застыл, ощущая, как в венах вспыхивает и снова затухает пламя, болезненно разрывая его, но не может вырваться наружу, пока вокруг разгорался настоящий ад.
─ Ник? ─ осторожно позвал его Крис, чувствуя, как напряжён вампир, готовый в любое мгновение разлететься на атомы.
─ Он что-то задумал, ─ прорычал брюнет, пытаясь дотянуться до Рины и почувствовать хоть что-то с той стороны, но добился лишь того, что рассмешил ублюдка.
Тот хохотал, как умалишённый, сгибаясь в три погибели и игнорируя сражение за его спиной. Охотники бились со жрецами, только броситься им на помощь не представлялось возможным – почти сразу земля между замком и лесом с ужасающим треском начала раскалываться, образуя пропасть. А потом из её чёрных недр послышался рёв чудовища, заставивший даже фигуры в балахонах на время застыть от ужаса – он разлился в воздухе сладковатым дымом, и каждый прочувствовал эту оторопь перед чем-то совершенно непостижимым.