– Ну, она ведь пообещала хранить все в тайне. Да и, как мне показалась, она не особо заинтересована ни в ангелах, ни в войне. Она стара, ее дни почти сочтены. Наверное, ей попросту плевать.

Вернувшись на постоялый двор, они отправились прямиком в купальни, чтобы отмокнуть и согреться в тесных лоханках, расставленных в разделенных перегородками отсеках. За это время горничная успела отмыть и высушить их одежду и обувь. Получив обратно свой плащ, Лу была так рада почувствовать вместо рыбного смрада легкий аромат цветочного мыла, что заплатила усердной работнице вдвойне.

– Соришь деньгами, как заправская богачка, – посмеялся Вальтер. Девчонка неловко покраснела: получать за работу деньги все еще было для нее непривычно, а уж тратить их – и подавно. Ей особо некуда было спускать полученное в госпитале жалованье: одежду для нее шил Руфус, брать деньги на продукты Бха-Ти наотрез отказывалась, а потому большую часть средств Лу с облегчением отдавала сборщикам благотворительных пожертвований.

Трактир занимал полуподвальное помещение, стилизованное под пещеру, с колоннами в виде сталактитов и узкими пыльными оконными проемами под самым потолком. Осветительные кристаллы торчали прямо из неровных каменистых стен, словно только и ждали появления шахтеров, которые их добудут. Летучие мыши, висевшие под потолком, кажется, были ненастоящими, в отличие от кобольдов, сновавших по заполненному залу, подавая еду, убирая посуду, протирая столы.

– Н-ничего себе… – выдохнула Лу, которой прежде не доводилось видеть вживую этих маленьких прямоходящих зверьков с крысиными мордами и лапами. Вальтер же украдкой указал на ее руку:

– Береги свой браслет. Кобольды охочи до блестящих штуковин.

За грубыми деревянными столами трактира, ломившимися от еды и выпивки, собрались, похоже, представители всех шести народов. Здесь царило оживление, как в лучших заведениях Магматики – болтовня, брань, хохот. В центре на помосте бренчал на гитаре и горланил песни бородатый ундин-бард, а помогали ему в выступлении два дрессированных аиста, которые вышагивали по сцене и нащелкивали клювами лихие ритмы.

Вивис с еще не высохшими распущенными волосами, и тоже в чистой одежде, сидела за дальним угловым столом. Судя по расслабленной позе и громоздившейся на столе пустой посуде, она уже поела и выпила, и теперь была занята тем, что одной рукой таскала в рот орешки из большой пиалы, а другой листала фолиант из кабинета Триши.

– Я написала Руфусу, чтобы он не волновался, – сообщила ей Лу, садясь рядом.

Вивис не взглянула на нее и даже не повела бровью, отхлебывая из полупустой кружки и лениво перелистывая книгу. К их столу тут же подскочил работник в фартуке, готовый принять заказ. Пока Вальтер обсуждал с ним тонкости местной кухни, девчонка наклонилась к шаотке: