Химеры и правда продолжали игнорировать ее присутствие, меланхолично устремляясь в разные стороны от веретена и скрываясь в туманной пелене. Пользуясь этим, Лу перевоплотилась в одну из них в призрачной форме и осторожно скользнула во внутреннюю полость сферы через небольшой участок сверху, где границы трансмоста не смыкались. Ее взор тут же застелили клубы вихрей и рябь призрачных тел парящих монстров, которые наслаивались друг на друга. Пагубная пульсация Иглы, что внутри была стократ сильнее внешней, заставляла Лу мысленно содрогаться. Она сразу поняла, что если принять здесь физический облик, это приведет к мгновенной – и, скорее всего, бесповоротной – гибели.

Устройство Иглы изначально предполагало наличие двух фаз – накопления энергии погибших душ и ее выплеска, – причем второй предстояло сменить первую, что означало, что количество химер должно было стать конечным. Однако сбой заставил артефакт функционировать в обеих фазах одновременно, по сути делая его вечным оружием массового поражения. При этом мощность работы артефакта была напрямую связана с количеством накопленной энергии, и по задумке оба этих параметра должны были равномерно убывать с начала второй фазы до полной остановки Иглы. В нынешнем же состоянии уровень энергии постоянно колебался, а с ней и мощность, что делало артефакт чрезвычайно нестабильным. Если до сбоя орфы имели возможность, объединив силы, остановить Иглу, то теперь любое постороннее вмешательство в ее работу повлекло бы ужасные последствия.

Хотя в этом не было особой нужды, напоследок Лу из любопытства выглянула через грань трансмоста, чтобы сквозь завесу обильного снегопада увидеть высившиеся вокруг неприступными стенами склоны гор Рока. В этой части Реверсайда стоял морозный полдень. Армии бесплотных чудовищ устремлялись в разные стороны, ведомые лишь одним желанием – уничтожить все в этом мире, что несет на себе след цивилизации. Безликий монотонный стрекот сливался в единый зловещий хор, певший о круговороте бесконечного существования, в который были заключены эти существа.

Лу поспешила выскользнуть из сферы, приняла свой истинный облик и полетела над мертвой землей настолько низко, насколько могла, чтобы не вспугнуть многочисленные полчища ноктюрнов. Уже смеркалось, и подрагивание черных крылышек внизу становилось почти неразличимо. Кости ее предков… Пожалуй, Лу стоило погрести их, когда все закончится. Она задумалась о собственных словах насчет того, что считает ангелов получившими по заслугам. Так ли это? Следует ли винить в катастрофе их или Откровение? Были ли они обречены силами судьбы или сами обрекли себя? Лу не знала ответа. И лишь горечь от непоправимости случившегося тесной хваткой сжимала ее горло.