— Нет! Сама же говоришь, вокруг одни насильники или импотенты как твой Цульф!

— Кто тебе такое сказал, что Инар лишён мужской силы? Да он, может, такой страстный, что для твоего старого мужа уж точно не достижима была такая половая сила даже раз в сезон, или как у вас там происходило. Не имею опыта сношений со стариками, да и сама пока не старуха, по счастью…

— Тон-Ат вовсе не старик! Он всего лишь возрастной мужчина…

— Тебе виднее. Рассказала бы когда, а то всё таишься. Чего у вас там не задалось…

— Не всюду же тебе совать свой нос!

— Я ж тебя чужой не считаю. Мы же с тобой как сёстры когда-то были, доверялись друг дружке. Выпасть из такой роскоши опять в бедность, да ещё без родных остаться, это ж какое горе надо было тебе пережить, Нэя! А ты и теперь поднялась, так вознеслась опять… Ты для меня всё равно, что божество, по преклонению моему, искренней моей любви к тебе, по неустанному моему служению. Ради тебя лишь и недосыпаю, недоедаю…

— Ну, и трепло же ты! Недоедаешь-то почему? Я, кажется, всех вас кормлю за счёт предприятия и вволю. А ты к тому же по домам яств разъезжаешь не просто с начальством, а своим личным другом, — я встала и тронулась в сторону входа, но не центрального, заблокированного на ночь и поставленного на сигнализацию, а того, что располагался со стороны сада. От этого входа у всех служительниц «Мечты» имелись ключи.

— Так и тебе Лата, вроде как, подруга. Только ведь никакие друзья высокопоставленные не накормят, не оденут, если сами мы о себе не озаботимся… — Эля вынужденно потащилась следом.

— Когда это она стала мне подругой? Она всего лишь следит за нами всеми, но как бы за порядком внутри «Мечты». У неё должность такая. Следить за всеми. И не нам одним достаётся её внимание, что уже благо. Много чего в «Лучшем городе континента» входит в сферу её контроля…

— Ну и пусть следит. Зато я самая верная и надёжная твоя служительница…

На первом этаже здания «Мечты» открылась створка окна и высунулась «задушевная» подруга самой Эли по имени Ноли-Глэв, бывшая на самом деле её скрытым врагом, — Ты чего там орёшь? Служительница лишь себе самой ты!

Эля пошатнулась, не ожидая крика со стороны, и села на скамью возле ближнего к зданию декоративного садового водоёма с фонтаном, устроенного ради прохлады и освежения пространства в жаркую погоду. Большой водоём таился в глубине сада. Там мы купались, и он уже не являлся искусственным. Его вычистили, украсили берега, и таким образом, крошечное природное озеро стало нашим, куда посторонним входа не было. Привыкнув к затяжным ночным прогулкам, Эля не хотела спать, как и залезать в душное помещение второго уровня здания с низкими потолками и маленькими комнатами. — Не насладиться ли нам ароматом и свежей благодатью нашего сада? А то днём всё недосуг, разве что искупнёшься когда…