— По крайней мере, тебе будет, что вспомнить обо мне без тех обид, что ты на меня и затаила, — и, пошарив в другом кармане, вытащил ещё одну пачку денег, — Эти маме отдай. Как компенсацию за немалые траты. Только точно отдай. Тебе же, я думаю, хватит на твоё баловство?

В столице, набродившись по Торговым центрам со всякой всячиной, она вдруг сообразила, — деньги вовсе не выданный аванс за будущее счастье, а откуп от неё и от мамы! Он передумал становиться её мужем? И она, обладая плохо пока что осознаваемой врождённой интуицией, смутно почувствовала, что он выбрал себе другую, ту самую хозяйку «Мечты». Потому и обругал Ан-Тона, суя ему значительные деньги за изготовление всего лишь одной, пусть и особенной рубашки. Поэтому и млел от запаха этой же рубашки, преобразившись и лицом, и голосом в кого-то, кого Иви не знала… Уж такому-то и она бы не отказала во взаимной нежности. Ибо нежность женщины возникает как ответ на такое же звучание мужской души…

Она всё же решилась подойти к начальнику Ар-Сену, — тоже мутанту, наделённого светлыми глазами, — к удивительному и доброму человеку, но всё же иерархически недоступному для пустяковых просьб или капризов низшего персонала. Ар-Сен же не являлся её родственником, не был и близким ей по духу и увлечениям, как те парни из её компании. Она всегда перед ним робела, впадала в трепет при его обращении к ней напрямик. Но осмелилась сказать, что если он держит её за курьера, то пусть платит дополнительные деньги. Она устала мотаться в столицу с важными документами, за сохранность которых должна нести ответственность. И отвернула лицо, скрывая слёзы, льющиеся от эмоционального напряжения. Ар-Сен очень удивился, что такие пустяковые нагрузки ей в тягость.

— Это же в рабочее время твоё происходит, — сказал он.

Иви ответила, — Меня мутит, когда я еду в машине. Лучше уж я, оставаясь на своём месте, согласна на дополнительную работу.

Ар-Сен вздохнул, но навязывать ей курьерскую нагрузку перестал. И дополнительной работой не обременил. Это было против его установок. Лучше чем у Ар-Сена не могло быть нигде, не только в «Зеркальном Лабиринте», но и во всём «Лучшем городе континента». Так и говорил ей Инар Цульф, когда привёл её на эту работу, выполняя просьбу Латы. «Тебе повезло, моя девочка, что я отыскал для тебя такую завидную денежную должность, среди таких человечных коллег, которых ты и сроду нигде не встречала. Не работа у тебя будет, а каждодневный праздник».

И так совпало, что после её отказа заменять курьера, Руд-Ольф приходить к ним в лаборатории перестал. Иви не знала причины его исчезновения, но какое-то время ощущала себя задетой за живое. Её отвергли. Постыдная новость мигом разлетелась по «Зеркальному лабиринту» в кругу завистливых девиц из низшей категории сотрудников. Красотку забраковали как невесту! Ненужная невеста! Кто доложил им о том, что произошло, и как оно произошло, нетрудно было и догадаться. Служащие из «Мечты» проболтались, поскольку отслеживали всех тех, кто и заказывал у них наряды для ритуала в Храме Надмирного Света. И самая паршивая из этих служительниц «Мечты», красноволосая злоязычная Элиан знала, для кого заказывала Лата дорогущее платье, отделанное прозрачными камушками немалой стоимости.