— Чудо техники, — язвила я. — О такой повозке счастья я и мечтать не смела…

— Актёры же бедны, — ответил он. — Эксплуатируют технику до тех пор, пока она не разваливается прямо под ними. Я и так вытребовал самую новую из их машин.

— Девушки пристают к тебе сами, — заметила я, вспомнив про Азиру.

— Та, которая в красной жилеточке, танцовщица, — пояснил он. — Когда я приходил в этот бродячий балаган, она пыталась найти там работу.

— И как?

— Неудачно. Бедняжку изгнали и чуть не побили. Жалко её. Девочка красивая…

— Как же говорил, что красивее меня нет никого? — зарделась я от внезапной ревности.

— Так я тебя ни с кем и не сравниваю.

Поразмыслив о такой вот странности, что Азира столкнулась с ним там, куда он пришёл впервые, как и сама она туда забрела вынужденно-случайно в поисках работы, я всё же была задета, что он запомнил её.

— Она живёт на той же улице, что и я, — зачем я это говорила? Какое ему дело до того, где живёт случайно увиденная танцовщица? — Она наглая и злая. В детстве со всеми дралась и кусалась. Но и её саму ненормальная мамаша била и гоняла по всей улице. Почему ты запомнил её?

— Так это ж было вчера, — пояснил он. — Увидел и вспомнил. Видишь, как бывает, иногда сироты живут лучше тех, у кого есть родители. У тебя нет родителей, но близкие любят тебя и берегут. Кажется, эта девушка любит твоего брата?

— Любит, любит. Как же его не любить, такого красавчика. Весь вопрос в том, любит ли он её? — и опять меня накрыла волна ревности. Он не просто разглядел её тогда на плоту, но и запомнил, сразу же соотнеся увиденную танцовщицу, принёсшую в балаган свою профессиональную выучку на продажу, — ведь Азиру так и не аттестовали в Школе танцев за дерзкое поведение, — с тою, кто миловалась с Нэилем на реке.

— Почему же нет? — спросил он.

— Потому что он образован, высокороден, у него впереди блестящая карьера и открывшаяся возможность вернуть наши наследственные владения, отнятые по навету, а что есть у неё?

— Ого! — прокомментировал он с улыбкой, — кажется, я тоже тебе не ровня.

— Ровня, не переживай, — нашлась я с ответом, — с такими-то возможностями, как разбрасывать драгоценные камни на головы праздной толпы, ты сможешь при желании купить себе завидное имение. Хотя аристократом стать не сможешь. То, что даётся при рождении, нельзя купить.

— Выходит, я тебе всё же не ровня! — опять засмеялся он. — Той девчонке в красной жилеточке как раз подхожу!

Он уловил мою ревность и забавлялся этим. Я опять пожалела о красном корсете с драгоценной птичкой, отданным моей бабушкой, о своём бирюзовом и таком удачном платье, — уж если и Рудольф обратил внимание на наряд дрянной Азиры…