— Эй! — крикнул Нэиль, — ты кто? Если ты бродяга, то тебе тут не место. Убирайся лучше. Или назови себя! Тут непростой дом, и по этой территории не позволено слоняться бродягам!

— Ты сам тут вроде бродяги, — хрипло ответил Нэилю неизвестный, — Если бы я не отворил калитку, ты сюда бы и не вошёл. А вошёл ты сюда очень зря. Лучше бы твоя уверенная поступь так и топтала параллельную по отношению ко мне тропу, и с моей не соприкасалась никогда. А твоей сестре лучше бы и не встречать никогда того, чьё имя ей известно, а сам носитель имени — нет! Но случившегося уже не сотрёшь и не отменишь, — он замолчал. А мы с Нэилем продолжали топтаться на месте, ожидая разъяснения тёмных речей, произнесённых сумасшедшим человеком. — Только в том случае, если вы сейчас же уйдёте отсюда прочь! — продолжил свои речи тот, кто больше был похож на одномерное существо — на тень, чем на человека. — Тогда ничего и не произойдёт… И зачем только я отворил калитку?

— У меня есть ключ от калитки! — звонко крикнула я в ответ, хотя кричать нужды и не было. Дед сидел почти рядом. Я сунула руку в свою сумочку и поняла, что ключей как раз нет. Я оставила их дома. Я же не собиралась идти к Гелии. Нэиль ничего не ответил дерзкому старику, но какое-то время раздумывал, не стоит ли вышвырнуть его отсюда. Он был уверен, что этот тип тут не проживает. Но решил не связываться с сумасшедшим.

— Какая ещё тропа? — спросил он у меня, а обернувшись назад, не увидел на скамейке уже никого. — Где же… — Нэиль озирался вокруг и не понимал, куда исчез тот, кого он счёл бродягой. — Ты не видела, куда он пошёл? Может, в кусты залез? Вот мразота! Непонятно как оно сюда заползло, куда уползло…

— Да пусть! — я тащила его за рукав, не понимая, для чего чёрный хрипатый дед ему сдался. — Может, у него недержание. Он же старый. Пошёл в кусты пописать… — Но я и сама заметила, что человек буквально растворился в воздухе. Он не вставал, не уходил прочь, тем более не мог бы влезть в непролазный кустарник, это физически было невозможно. — Может, он улетел. Может, он оборотень — птица, — веселилась я, тормоша Нэиля и не понимая, что ввело его в тревогу. Не понимая, почему и меня тоже накрыла некая зловещая тень…

У Гелии был разгар пиршества на дому. Видимо, колобродить по улицам она считала ниже своего достоинства. Заказанную заранее еду доставили ей на дом. Столы были украшены профессиональными оформителями дорогих торжеств, а гостей было столько, что даже её огромная квартира казалась переполненной. Гелия первая выскочила в прихожую, как почувствовала приход Нэиля, повисла на нём и стала его тормошить. На ней было алое платье, щёки непривычно разрумянились, а глаза сияли как ненормальные. Нэиль спрятал своё лицо в её волосы, видимо, стесняясь меня как свидетеля их нежностей.