За её спиной стояли стражники, придворные дамы и служанки, и людей было больше, чем обычно у покоев Йонг. Она обернулась, беспомощно посмотрела на Хаджуна и Лан. Хаджун покачал головой.

Они не смогут уйти далеко, если свита принцессы поднимет шум. Весь их план развалится на части.

Йонг натянула улыбку на дрожащие от паники губы.

– Разумеется, ваше высочество. Прекрасная идея.

* * *

– Мне сказали, в вашем крыле очень жарко, – поделилась мыслями её высочество, – поэтому я велела подать освежающий напиток.

Принцесса расположилась на шёлковых подушках прямо на полу перед лакированным столиком. Сидящая напротив Йонг напряжённо рассматривала ширму за спиной принцессы, закрывающую окна во двор утончённым изображением гор и цветущих деревьев на их вершинах. Служанки принцессы подали им слабо заваренный чай с плавающими на поверхности цветками гибискуса.

– В Империи гибискус значит бесконечное процветание и изобилие, – сказала принцесса, привлекая внимание Йонг.

– В Чосоне гибискус символизирует смерть, – возразила она. Принцесса распахнула глаза так широко, что на мгновение Йонг даже поверила, будто эта образованная девочка действительно удивлена.

– Правда? Почему?

Пока они разговаривали, придворная дама сделала глоток из миски принцессы, кивнула и удостоилась ленивого взмаха руки её высочества. Миску Йонг никто трогать не стал.

Придворная дама и служанки принцессы с поклоном вышли из покоев. Скрывшаяся за ширмой во второй половине комнат Юна осталась стоять там же, и Йонг молилась всем Великим Зверям, чтобы её не услышали. Лан ушла вместе со злополучным чайником, сославшись на то, что хочет отнести посуду на кухню, Хаджун караулил в коридорах.

– Знаете, ко мне сегодня приходил ваш друг, – говорила принцесса. – Я и не догадывалась, что у вас есть друг из Японии!

– Он… он не японец, – неуверенно отвечала Йонг. Ким Рэвон, зачем ты искал встречи с принцессой Империи?.. Не ты ли заверял, что не будешь отговаривать Нагиля от свадьбы?

– Нет? Потому его голос показался мне не таким резким, как у других послов…

Время текло, принцесса пила чай из цветов невероятно медленно. Йонг буквально слышала, как пульс отбивает ускользающие секунды.

Знакомое прикосновение холодного змеиного тела она почувствовала так внезапно, будто внутри её тела зажгли свечу, на свет которой она уже и не надеялась. Йонг поднесла миску с напитком ко рту, но так и не сделала ни глотка, замерев от страха и радости, смешавшихся воедино.

«Не пей, – прошипел имуги еле слышно. – В чае яд, я с-с-слышу».

Йонг медленно опустила миску обратно на стол. Принцесса смотрела на неё с удивлением и… ожиданием? Она ждала, что Йонг выпьет отравленный чай? Она решила убить соперницу?