Велимир, лишь потеряв всё, понял, какой прекрасной была его жизнь и как ничтожны все те обиды и неудачи, что раньше казались столь значимыми. Тогда у него ещё было будущее, которого теперь нет. Нет с того момента, как его едва живого нашёл на берегу реки очень странный лесной воин, чья удушливо тёмная волошба заставила почитай умершее тело замереть на границе между жизнью и смертью. По сути Змей личем, как его называли, не был. Разве можно назвать мертвецом того, чьего тела не затронул тлен, в чьих жилах всё ещё текла кровь рода, а сердце билось, кто не утратил память и ясность мысли? Разве это мертвец?! Нет! Но и живым Велимир не был. Жизнь ему поддерживала колдовская сила его создателя и его же злая воля. Надобности в пище и питье Змей не испытывал, не чувствовал вкуса, запаха и даже боли. По воле того, кто сотворил Велимира таким, каким он сейчас был, княжич не должен был испытывать никаких чувств и частично это удалось. Колдовские знаки, выведенные на коже немёртвого, призваны были подчинить волю, заставить забыть о родных, долге перед Родом, но так до конца и не смогли вытравить из души любовь к семье, даже к младшему, такому самонадеянному и бестолковому братцу, что лежит сейчас без сознания, чьей жизни грозит страшная опасность.

А ведь Зареслав последний столь близкий по крови родич! Не просто родич, а младший братишка, которого он, Велимир, кормил с ложки, с которым играл, обучал владению мечом, и который, не смотря ни на что, был безмерно дорог и любим!

«Морана! Ты слышишь меня?! — мысленно звал Велимир, ту, которая обещала помочь. — Морана, ты клялась, что мой брат не пострадает! Ты обещала мне, Морана!»

«А ты обещал, что изничтожишь весь род Кощеев! — раздался вдруг в голове капризный женский голос. — Ты обещал, что сможешь не допустить ЕГО к печатям! Ты не сдержал слова, обманул меня, значит, и я могу обещанное не исполнять!»

«Ты тоже обманывала! — возразил княжич. — Говорила, что ОН хочет открыть врата и спустить нежить Исподнего Мира на живых».

«А разве не так?!» — делано изумлённо переспросила Тёмная Богиня.

«Не так! ОН сказал, что сам хочет попасть в Исподний Мир и получить причитающееся по праву», — мысленно ответил Велимир, а его тело уже завершало чертить последние знаки на холодном каменном полу.

«Сам сказал? Вот прямо так, взял и сказал?! — словно не веря, переспросила Морана, а после её негромкий голос перешёл в полный ярости крик. — Осмелел, значит, выродок! Просто сыном Чернобога он быть не желает, ему корону папеньки и мой венец до кучи подавай! Не бывать этому! Не бывать!»