— Время, — растеряно повторила Златослава и, всполошившись, воскликнула. — Там же Зареслав с Иваном один остался, да ещё и в беспамятстве!

— Ничего не случится с ним, — снова тень улыбки скользнула по губам немёртвого. — Мы сейчас на берегу реки в мир иной, здесь время течёт иначе. Сколько бы здесь мы не пробыли, там, где остался Зареслав, не пройдёт и мгновения, — улыбка его стал чуть снисходительной, но вполне дружелюбной, что Ёжку должно было бы насторожить, но не насторожило. — Так ты позволишь мне говорить?

— Говори, — со вздохом произнесла Бабка Ёжка, перехватывая удобнее Василису, успокоившуюся настолько, что уже ворочалась на руках матери пытаясь разглядеть всё вокруг.

— Спасибо! — прижав руку к сердцу и склонив голову, поблагодарил Велимир и, собирался было продолжить, но Злата его перебила.

— Пойдём к воде, — предложила она, оглядываясь на солнышко, едва ли поднявшееся на четверть из-за горизонта. — Там всё и расскажешь.

— Пойдём, — согласно кивнул мужчина и последовал за Златославой, неспешным шагом направившейся вперёд по тропе туда, где вставало солнце, и шумела вода.

Они шли молча. Ёжка не знала о чём говорить, а Велимир словно задумался о своём, возможно, обдумывал то, о чём хотел рассказать. Яга порой оборачивалась, бросая короткий взгляд на старшего брата своего мужа, и пыталась сама домыслить причину, по которой этот мужчина хотел убить и её, Златку, и маленькую Лиску. Получалось плохо. В голове всё смешалось, и получилась самая настоящая каша. Ягуся вздохнула, признавая своё бессилие разобраться в поступках Велимира. Она знала только одно, мужчину отчего-то она уже не боялась. И не потому, что здесь Баба Яга была под защитой своей покровительницы и могла ничего не бояться, а потому что сердцем чуяла — не желает ей немёртвый зла, он как будто до сего момента просто не видел другого выхода, кроме убийства. Сейчас всё изменилось.

— Присядем? — вывел Златку из задумчивости голос мужчины.

Ёжка недоуменно огляделась и нервно усмехнулась, обнаружив, что оказывается, они на берег выйти успели, а она задумалась так, что даже этого не заметила. Ещё раз, осмотрев бережок, поросший густой муравой, стелящейся до самой воды, княжна заприметила небольшое бревнышко, наполовину вросшее во влажную почву и поросшее толстым слоем мягкого зелёного мха, видимо на него ей и предлагали присесть. Злата упрашивать себя не стала, опустилась на бревнышко, усадила на колени умилительно серьёзную и спокойную Василису и приготовилась слушать. Велимир, наблюдающий за Ягой, вдруг тепло улыбнулся и тихо произнёс: