Мужчина снова обернулся, мазнул взглядом по Ягусе и ребёнку, плотно сжал губы и пересел так, чтобы на девушку удобнее было смотреть. Выдернул травинку, нервным движением её разорвал, отбросил в сторону и потянулся за новой. «Злится что ли?!» — нахмурившись, подумала Ёжка, но вслух говорить ничего не стала, решила подождать, пока Велимир успокоится.

— Понимаешь, Златушка,…, — начал, было, мужчина, но сам себя вдруг перебил нервным смешком, после чего признался. — Да, беси меня поберите! Я и сам в этом ничегошеньки не понимаю, но попробую хоть кое-что разъяснить. Дело в том, что душа господина может вселиться только во взрослое тело, но тело это душу его чёрную долго выдержать не может и погибает. Потому-то он, первые признаки приближающейся гибели почуяв, сразу начинает новое тело искать. А вот с вами, детьми Кощеева рода, всё по-иному происходит. Во взрослое тело тех, в ком кровь Кощея течёт, он вселиться не может, а вот младенец это дело другое. Сдаётся мне, что причина в обряде, что сыны Кощеевы проходят, лишь только говорить научившись.

— Так вроде они только клятву приносят, что печати трогать зарекаются, — припомнила рассказ Руслана девушка.

— Так, да не так, — покачал головой немёртвый. — Есть помимо этого ещё что-то, что господину мешает тело заполучить. Только не спрашивай что именно! Не знаю я. Это мне, пожалуй, у тебя интересоваться надо по этому вопросу.

— Толку-то от меня, — вздохнула печально Баба Яга и попросила. — Продолжай.

— Да, что там продолжать? — устало махнул рукой Змей, но заговорить, заговорил. — Прямислава, почуяв, что волошба развеется скоро, решилась на очередную несусветную глупость. Хоть я её и отговаривал, но упёртая девка на Ратмира какой-то дюже сильный оберег надела, да родичам пацанёнка оставила, решив к Бабе Яге в ученицы податься, в надежде, что там найдёт способ навсегда сына от господина спрятать. Пришлось к матери её направить, чтобы глупостей не наделала. С меня Прямислава клятву стребовала, что я за Ратмиром пригляжу, а в случае чего…

На последних словах голос Велимира совсем хриплый стал, что она едва-едва смысл улавливала. Мужчина молчал недолго и вскоре заставил себе до конца всё сказать.

— Не допустить я должен был любыми способами, чтобы мальчик в руки господину попал, — через силу молвил немёртвый и, злясь явно на себя, как чувствовала Ёжка, закончил. — Словом убить мальчика я обещал! — здесь он спохватился и выпалил быстро. — Ты Прямиславу строго не суди! Ежели был бы другой выход, она бы никогда этого не потребовала! Просто ни она, ни я точно не знали, найдётся ли средство, что Ратмира от папашки егойного скроет, а рисковать в таком деле нельзя. Сохранив мальчику жизнь, подвергнуть смертельной опасности сотни других, ни в чём не повинных людей, других детей — это не правильно!