– Не-е-ет, – выдохнула она едва слышным в темноте шепотом. – Не возвращайтесь тем же путем. Он ждет тебя на другой стороне. Он… – Она затихла, и ее лицо снова растворилось в коре, исчезнув из виду. – Беги, – успела вымолвить она.

Ее тело сотрясла дрожь. Эш быстро взял меня за руку и потянул прочь, шагая в противоположном направлении, его тело было напряжено, как натянутая струна. Грималкин, серый призрак в тенях, засеменил за нами, а шерсть на его хвосте встала дыбом. Меня бы это позабавило, если бы я не чувствовала на затылке взгляд, древний, свирепый и выжидающий, будто кто-то наблюдал за тем, как мы убегаем в ночь.

Эш остановился под ветвями другого дуба, приложил пальцы к губам и пронзительно свистнул. Мгновение спустя фейри-конь рысью вынырнул из тени и затормозил перед нами, фыркая и мотая головой.

– Куда теперь? – спросила я, когда Эш помогал мне забраться в седло.

– Через Врата Старейшин нам не вернуться, – ответил принц, устраиваясь позади меня. – Придется искать другую тропу в Небыль. И быстро. – Он схватился за поводья одной рукой, а другой обнял меня за талию. – Я знаю другой путь, он приведет нас почти к Тир-на-Ног, но находится в той части города, которая… опасна для летних фейри.

– Ты о «Подземелье», не так ли? – уточнил Грималкин, внезапно появляясь у меня на коленях, где он свернулся калачиком, словно там ему самое место. Я удивленно моргнула. – Уверен, что хочешь отвести девушку туда?

– Нет выбора. – Крепче сжимая мою талию, Эш пришпорил лошадь, и мы галопом поскакали по улицам Нового Орлеана.

Я забыла, каково это – быть наполовину фейри в реальном мире или, по крайней мере, находиться в компании могущественного, чистокровного фейри. Лошадь неслась рысью по ярко освещенным улицам, лавируя между машинами, переулками и людьми, но никто нас не видел. Даже не взглянул в нашу сторону. Обычные люди не могли видеть мир фейри, хотя он окружал их. В переулке, к примеру, два гоблина копались в мусорном контейнере и грызли кости и что-то еще, на чем я предпочла не зацикливаться. Сильфида с крыльями стрекозы взгромоздилась на телефонный столб и следила за улицами, сосредоточившись как орел, осматривающий свою территорию. Мы даже чуть не столкнулись с группой гномов, которая выходила из одного из многочисленных пабов на Бурбон-стрит. Лошадь вильнула и едва не задела низкорослых бородатых мужчин, выкрикивавших пьяные проклятия, после чего ускакала по тротуару прочь.

Мы углубились во французский квартал, и Эш остановился перед стеной каменных зданий, вдоль тротуара тянулись старые черные ставни и двери. Над толстой черной дверью раскачивалась вывеска, гласившая «Старое доброе настоящее подземелье», а на раме виднелись брызги красной краски, которые, видимо, имитировали кровь. По крайней мере, я надеялась, что это была краска. Эш толкнул дверь, являя длинный узкий переулок, и повернулся ко мне.