Кто бы знал, что в обыкновенном кровельщике скрывались способности рачительного городского управителя?

   Пoстепенно жизнь потекла своим чередом. На полях вовсю молотили рожь и пшеницу, Эрлинг с рассвета до заката пропадал на сенокосе, и Кайе приходилось украдкой сдерживать дождевые тучи, наползающие на Заводье со стороны северных гор. Дожди грозили зарядить надолго, обидно было бы позвoлить зерну и душистому сену промокнуть, столько вложенного труда пропало бы даром.

   И все же спокойно пожить горожанам довелось недолго. Лето ещё не добежало до своего заката, как в Заводье вновь пожаловали гости – на этот раз такие, о каких никто из горожан и помыслить не мог.

   Конная процессия ещё только подъезжала к северным городским воротам по мощеному тракту, а слухи уже неслись от кумушки к кумушке со скоростью мысли. К тому времени, как группа всадников и два запряженных лошадиными парами экипажа въехали на широкий двор при ратуше, люди уже высыпали из своих домов, собравшись огромным бурливым морем на городской площади.

   Не сразу в одном из всадников признали его величество Энгиларда Первого. Лишь когда Эрлинг, знакомый с королем лично, встал на колено, прижал руку к сердцу и низко склонил голову, а следом за ним приветствие повторил и запоздало спохватившийся отец, до Кайи и до остальных горожан наконец дошло, кого она видит перед собой.

   Не молодой, но и не старый еще мужчина – во всяком случае, не старше отца, - он выглядел крепким и статным, как и подобает настоящему воину. Одеждой король ничем не отличался от простого, пусть и зажиточного, горожанина – плотная льняная рубаха,искусно вышитая по вороту, рукавам и подолу, кожаная походная безрукавка, усиленная пластинками доспеха, суконные штаны и добротные, хоть и запыленные, высокие сапоги; разве что легкий плащ скрепляла сверкающая на солнце серебряная фибула с королевской печатью. На голову его величество не посчитал нужным надеть даже тонкий обруч вместо венца или короны, и волнистые волосы свободно спадали на его широкие плечи. Кровь крэгглов угадывалась в его крупной, плечистой фигуре, в светлых волосах с едва заметной проседью, в зеленых, словно болотный мох, глазах, что глядели на замерших от восторга подданңых со смешливым, но внимательным прищуром.

   – Приветствую вас в Заводье, ваше величество. Ваши подданные безмерно счастливы лицезреть вас лично в нашем маленьком городе, – оправившись от потрясения, прoизнес отец.

   Толпа горожан, встретившая короля благоговейной тишиной, вдруг разразилась всеобщим ликованием – будто только и ждала слов старосты, чтобы подтвердить свою pадость. Мужчины подкидывали вверх шапки и поднимали над плечами малолетних детей, чтобы те могли разглядеть получше правителя Малого Королевства, женщины бросали к копытам королевской лошади невесть откуда взявшиеся цветы. Кайю едва не оттеснили от Эрлинга, но он вовремя притянул ее к себе, защищая от чужих локтей и плеч сильными объятиями. Она невольно прильнула к нему, все ещё не находя слов для того, чтобы выразить свое изумление.