– Не могу жаловаться.

   – И все же, вернемся к вашей дочери. Меня интересует та из них, которой сейчас сравнялось восемнадцать или девятнадцать лет. Насколько мне известно, она замужем за бывшим йольвом королевской гвардии, Эрлингом Лархеном. Вы можете пригласить ее на беседу вместе с нами?

   Теперь уже Кайя забеспокоилась не на шутку. Невольно вжалась в Эрлинга, чувствуя, как каменеет поверх нее сильная рука мужа.

   – Ничего не бойся, - шепнул он ей, мимолетнo поцеловав в висок. – Король не причинит тебе зла.

   Отец оглянулся, отыскивая взглядом Кайю. На его лице отразилась нешуточная борьба. Растерянность, беспомощность. И страх, котoрого она еще ни разу не видела в его разноцветных глазах.

   – Кайя?

   Король Энгилард безошибочно проследил его взгляд и прищурился. Быстро скользнул взглядом по Кайе, остановился на ее муже. Эрлинг постарался задвинуть Кайю себе за спину и слегка нахмурился, но король обезоруживающе улыбнулся.

   – Эрлинг, тебя я тоже рад видеть. Ρазумеется,ты можешь присоединиться к нашей беседе. Мне будет весьма приятно поболтать со старым другом.

   Известие о том, что Эрлинг Лархен приходится другом самому королю, подняло среди горожан волну изумленного ропота. Но Кайя в этoт миг могла думать лишь об одном: у них просто нет выбора. Не подчиниться приказу короля, даже высказанному в такой непринужденной форме, никто из них не мог. Поэтому отец скрестил взгляды с Эрлингом, хмуро кивнул,и тот, взяв Кайю за руку, последовал к ратуше.

   Кабинет приготовили парадный, для малых совещаний. Должно быть, обстановка его казалась королю слишком скромной, но кто же мог знать, что oднажды в эти стены ступит нога венценосной особы? Впрочем, сам Энгилард, оглядев помещение с вежливым интересом, никакого недовольства,и тем более презрения, не выказал.

   – Присаживайтесь, господа. - Он дружелюбно махнул рукой,и все расселись вокруг стола. Двое вооруженных гвардейцев, вставших за спиной у короля, слегка портили его попытки придать встрече вид затрапезных семейных посиделок; еще двое, вставших у двери, окончательно развеивали эту зыбкую иллюзию.

   Кайя скосила глаза на отцовские руки. Он так сильно стиснул кулаки, что костяшки пальцев побелели. В душу, помимо беспокойства, закрался самый настоящий страх: а ну как и отца в чем-то решили обвинить?!

   Однако королевский дознаватель, господин Клаус Зерген, поглядывал на него без присущей дознавателям кровожадности на лице. Просто с величайшим любопытством.

   В кабинет принесли горячий взвар и охлажденную лимонную воду в стеклянных кувшинах, к ним подали еще теплые сахарные кренделя (Кайя безошибочно узнала выпечку Тессы), медовые орешки из запасов Ирмы и, на всякий случай, небольшой бочонок лучшего хальденбергского вина из погребов Отто. Корoль заметно оживился при виде угощений, одаривая крендели голодными взглядами, но к еде притрагиваться не спешил.