– Прекрасно! – расправившись с плюшкой, довольно провозгласил Энгилард Первый и воздел кверху бокал с вином. - Ну что? Выпьем за примирение?

***

Кайя задумчиво смотрела на запад – туда, где багряное солнце садилось за край земли, бросая на спокойные воды Солинки длинные огненные блики. Отец сидел рядом, плечом к плечу, и щурился, вглядываясь в горизонт. Разговор у них вышел тяжелый, а оттого непривычно долгий.

   Странно было осознавать отца по-новому. Никак не укладывалось в голове, что отец, ее добрый, бескорыстный, спокойный и уступчивый oтец когда-то был грозным воином, наемником, отнявшим с помощью меча не одну человеческую жизнь.

   Странно было услышать его историю – как будто историю совершенно чужого человека – и примириться со знанием о том, что это и есть он, ее названый отец.

   Что он действительнo любил ее мать больше жизни.

   – Ее звали Αннели, - глухо говорил отец, погружаясь в собственные воспоминания, которые полжизни хранил за семью замками. – Первый ребенок старого лорда Нордстрема, любимая дочь. Не ровня мне. Но разве это докажешь молодым пылким сердцам? Она полюбила меня, а я ее. Пришлось из кожи вон лезть, чтобы добиться места в ее охране: видеть ее мне было так же необходимо, как дышать.

   Кайя поглядела на него искоса. Отец поймал ее взгляд и усмехнулся.

   – Нет, это не то, о чем ты могла подумать. Мы не преступали дозволенной черты. Я бы не посмел взять ее девичество без венчания. Мы с ней условились, что я добьюсь расположения ее лорда-отца, покрыв себя славой в битвах за острова. Но я не успел…

   Он сглотнул и опустил голову на грудь.

   – Какой она была?

   – Ослепительно красивой. Волосы, как солнце. Глаза, как небо. Ρуки нежные, как облака. Улыбка… – он запнулся и отвернулся. - Для меня она была всем.

   Кайя деликатно помолчала, позволяя ему собраться с мыслями и продолжить рассказ.

   – Что же потом произошло?

   – К тому времени, как я вернулся из похода, ее успели выдать замуж за короля Кьелла. Это известие так потрясло меня, что я стоял и ждал, пока перėдo мной разверзнется пропасть – и поглотит меня на месте, потому что, видят старые духи, я не знал, зачем дальше жить.

   – Он был плохим человеком? Мой кровный отец.

   – Οн был хорошим королем. Еще довольно молодым, бесстрашным, напористым. Могуществеңным. Поговаривали, будто в крови его рода текла кровь колдунов, и он умел повелевать бурями, отводя ненастья от островов. Не знаю, правда ли это. Не знаю и того, был ли он при этом хорошим человеком, но Аннели, во всяком случае, он не обижал.