— Мой отец уже вернулся?

Несмотря на то, что Имоген смотрит вперёд, от меня не укрывается то, как начинает пульсировать вена на её виске.

— Нет.

— Он всё ещё ищет мою мать?

— Нет.

— Тогда что он…

— Я не могу обсуждать это с тобой.

— Он мой отец, Имоген. У меня есть право знать…

— Ты не ворон и не часть Siorkahd. У тебя нет никаких прав. Будь моя воля, мы бы не тратили столько людей, которых и так не хватает, на защиту капризной девушки, которая предпочла бы иметь заострённые уши.

— Святой Котёл! Ну давай, выскажи мне всё, что ты обо мне думаешь, — ворчу я.

— Я только что это сделала.

Я прибавляю шаг.

— Это всего лишь выражение. И к твоему сведению, меня полностью устраивает форма моих ушей.

Мы пересекаем ещё пару мостов в полнейшей тишине.

И только когда мы начинаем обходить кругом какие-то кусты, Имоген снова ко мне обращается:

— Когда Лоркан вернётся, он, вероятно, ответит на твои вопросы.

Но тогда мне придётся сидеть и разговаривать с ним.

— Я скорее отправлюсь в Неббу вместе с Пьером.

Она издаёт шипение, и я решаю, что она восприняла мою шутку всерьёз, но она не смотрит на меня. Она смотрит на двух воронов, которые отделились от стаи у нас над головами и приземлились на дорожку, по которой мы идём.