— О, она определённо его презирает, — говорит Сиб.

Джиана откидывает назад свои кудри.

— Но это не значит, что ей нравятся вороны и шаббианцы.

— Возможно, но я думаю, — Сиб решает снова заполнить комнату оглушительным шумом. — Нам стоит туда пойти. Даже если там не произойдёт убийства короля.

Желчь начинает подступать к моему горлу.

— Но-о-о-о… — Сиб растягивает последнюю букву, а вместе с ней и удары моего сердца, — мы можем её напоить и выяснить у неё всё, что она знает, не проливая кровь. А как насчёт того, чтобы пригласить её к нам домой?..

— Нет.

Ифа качает головой.

— Лоркан не согласится.

— А, может быть, он сам мог бы нанести визит Эпонине? — Джиана, должно быть, изо всех сил впивается в щёку зубами, потому что на ней появляется ямочка. — Так мы сэкономим наше время и усилия.

Ну, или так.

Взгляд моего телохранителя с головокружительной скоростью обегает комнату по дуге, как будто Ифа выискивает в каждом отполированном углу и позолоченной щели подслушивающего эльфа.

— А если ловушка?

— То, что она знает о местонахождении Мириам?

Сибилла глядит на Ифу, которая решила, что будет стоять рядом со мной, хотя я настаивала на том, чтобы она села.

С тех пор, как она прилетела сюда днём, чтобы сменить свою сестру, она вела себя невероятно нервно. Когда я спросила её, в чём было дело, она покачала головой и попыталась улыбнуться, чтобы успокоить меня. Но её попытка не увенчалась успехом и не успокоила меня.

— Приглашение на пир. Может быть, она хотеть устраивать засаду на Лора и Фэллон?

Паранойя Ифы передается мне, и мой пульс учащается.

— Она по-настоящему ненавидит своего отца, Ифа, — Сиб продолжает отправлять потоки воздуха на клавиши пианино, наполняя дом Антони громкой какофонией звуков, необходимой для того, чтобы приглушить наш разговор.

— А как её ненависть к отцу связана со всем этим? Она может ненавидеть его, и одновременно ненавидеть воронов и шаббианцев.