– Ого-го! Ты видел, видел?! Это тебе не топором махать!
Только Таша заметила, как резко побледнели щёки заготовщика дров, как тяжело он опустился на освободившийся пень. Подошла и коснулась губ Стейза, безмолвно прося рассказать, в чём дело.
– Питание плазменных лучей идёт за счёт биохимических реакций, – удалось разобрать ей отдельные слова в длинном объяснении и прийти к заключению, что перерасход энергии лучей приводит к физическому утомлению.
– Обязательно надо было полено победить, да? Другое никак не взять? – укоризненно сказала Таша, подставляя плечо своему герою. – Вот выздоровеешь и секи хоть всю поленницу своими лучами! Эй, ты зачем дрова собираешь?! Я сама их домой принесу, мне ребята помогут!
– Конечно, поможем, тётя Таша! – дружно закричали дети и расхватали всё наколотое. Кроме той охапки, в которую намёртво вцепился стратег галактик по науке! Так он и ковылял к дому с кучей тяжёлых дров в руках и рухнул на колени у печи, скидывая их в общую кучу.
Нервы Таши не выдержали и, заперев дверь за убежавшими детишками, она кинулась к своему невыносимому мужчине с укорами и попрёками, гневно потрясая сжатыми кулачками. Её сгребли в крепкие объятья и закрыли рот жарким поцелуем.
Пылким, исступлённым поцелуем, самым настоящим клеймом собственника. Поцелуем требовательным, сводящим с ума и вынуждающим согласиться на всё и на любые условия. Поцелуем, после которого женщина никогда уже не сможет сказать своему мужчине: «Броди по свету один, мне комфортней подождать тебя дома», а отправится с ним на край земли, разделяя все беды и радости.
Таше доводилось читать в книгах, что яростная злость умеет быстро преображаться в пылкое влечение. На личном опыте этот факт она не проверяла...