– Я понимаю, вы опасались, что столкновение с "сокрушительным внешним фактором" приведёт к ещё одному эмоциональному срыву и придётся заново начинать процесс реабилитации.

– Никакие срывы Стейзу сейчас не грозят по причине невозможности испытывать яркие эмоции как таковые, – возразили ей. – Но я обязан брать в расчёт не только психологический комфорт моего пациента, но и ваше душевное состояние. Таша, я замечаю, как вы посматриваете на часы, нервно сжимаете ладони в кулачки и недовольно морщитесь в начале каждой моей фразы – вы желаете, чтобы я поскорее замолчал и проводил вас в комнаты Стейза. Вам кажется, что вы сами во всём разберётесь, как только увидите его, что вы морально готовы ко всему и сможете принять все изменения в близком вам мужчине, но истина состоит в том, что к шоку подготовиться невозможно.

– Но вы пытаетесь сделать именно это – подготовить меня к ожидаемому стрессу? – хмыкнула Таша. Её начала раздражать профессионально приветливая улыбка психотерапевта и мужчина, словно почувствовав это, резко перестал улыбаться и максимально серьёзно сказал:

– Нет, я не настолько заносчив, чтобы пытаться сотворить невозможное. Я хочу убедить вас в том, что вам не нужно биться с призраками сомнений в одиночку, что будет правильным решением прийти ко мне, когда первый шок несколько притупится. Таша, как бы вы ни настраивались сейчас на спокойное восприятие ситуации, у вас не получится реагировать на всё взвешенно и логично. Знаете, если бы достижения современной медицины позволяли на время сделать вас наурианкой, я бы очень советовал так и поступить. К сожалению, вы обречены действовать на эмоциях, и я хочу изречь прописную истину в надежде, что она вспомнится вам позже: оценки, суждения и решения, принятые людьми в состоянии нервного напряжения, в подавляющем числе случаев в корне неверны.

Таша выразительно глянула на большие старинные часы на стене, и психотерапевт усмехнулся. Отправив короткое сообщение и мгновенно получив ответ, он поднялся и произнёс, галантно открывая перед Ташей дверь:

– Докучливый психолог проводит вас до комнат стратега.

...

Нервный озноб усиливался с каждым шагом. Перед дверью с символом Первого стратега содружества галактик Ташу оставили одну, и ей вспомнилось, как однажды она приехала на дачу к бабушке после длительной командировки. Беззаботно влетев в калитку, она столкнулась с вышедшим ей навстречу псом – тем, кого видела два года назад забавным щенком, а с тех пор лицезрела лишь на фото вместе с родными. За прошедшие годы пёсик подрос, набрал дополнительных полцентнера веса и обзавёлся внушительной клыкастой пастью. Пёс уставился на неё недоумённым взглядом, в котором не промелькнуло ни тени узнавания и приветливости, лишь равнодушие и озадаченность дилеммой: сразу сожрать вторженку или для начала гавкнуть? Вдруг хозяевам эта девчонка ещё пригодится? Вдруг его отругают, если он её чуток попортит, как отругали за новые сапоги хозяйки? Она пса помнила, знала обо всех его проделках, но сама была для него совершенной незнакомкой и потенциальным врагом. На собачьей морде отчётливо читалось недовольство, что посторонний человек знает его кличку, ласково обращается к нему и подзывает к себе – всё это лишь усиливало его недоверие. Пёс потом несколько дней ходил вокруг неё и настороженно следил за каждым её действием, подозревая, что хозяева напрасно так доверчиво пустили в дом "чужую" девицу. То, что стёрлось из памяти, стёрлось и из сердца тоже – этот урок Таша усвоила.