И вот, как говорится, мы здесь.

— Кстати, именно на тех творцах ты отточил искусство подчинения человеческих тел? Прими моё восхищение: обычно тела, в которые вселяются демоны нашего уровня, живут в лучшем случае неделю, и фонит от них так, что закачаешься. А ты, с другой стороны, стоял прямо напротив меня в том осквернённом храме, изображал клиента — и я ничего не понял, представляешь? Скажи мне кто-нибудь, я бы не поверил.

Айм чуточку криво, но вполне самодовольно усмехнулся: как многие люди и нелюди подобного типа, он всегда был очень чувствителен к признанию его талантов.

— Наблюдать за тобой там в принципе было одно удовольствие, — сказал он насмешливо. — Я, честно признаться, здорово так сомневался в той информации, что попала мне в руки, — ну знаешь, о твоей влюблённости в ангела, блоге и прочих чудесах природы. До последнего думал, что это всё бред чистой воды. Но потом я вывел к тебе того ангелочка и увидел, какими глазами ты на него смотришь… Серьёзно, Шакс, ты бы себя со стороны видел. Уморительное зрелище.

Я вздохнул.

— Да уж догадываюсь. Слушай, раз уж ты царь горы и всех обхитрил, не хочешь объяснить, что это было вообще? И зачем оно было?

— А, монолог злодея третьесортного романата? Коллега, у меня не настолько дурной вкус.

Я усмехнулся почти невольно: всё же, как ни крути, а Айм — это что-то с чем-то. Из всех демонов только я его я всегда мог назвать почти-что-другом…

“А может, даже не почти”, — подумал я, глядя в его очень живые глаза. Отчаянные, злые, горькие, полные страстей — они были совсем не похожи на пустые глазищи большинства наших коллег, озабоченных только подсчётом процентов за души.

И я, получше прочих, знал эту горечь.

— Ну не хочешь злодейский монолог, и не надо, — пожал полечами я. — В целом, мне всё более-менее понятно. Ты явно не первый и даже не сотый демон, возжелавший заполучить Кольцо. Втереться за этим в доверие к последнему наследнику известных хранителей этого самого Кольца — всё ещё логично. Это ведь ты был тем, кто подтолкнул его к совершению мести? Шептал в темноте, разжигал ненависть, подсказывал решение… Каким бы могущественным ни был колдун, ты — один из высших, ты наверняка начал обрабатывать его с детства…

Я демонстративно посмотрел на мёртвого человека в кресле.

— Вряд ли у него были шансы, правда?

Глаза Айма полыхнули потусторонним светом.

Да, да. Я всё ещё люблю дёрнать тигров за усы, а змей — за хвосты.

— Дальше всё было просто, — продолжил я. — Ты был тем, кто явился на вершить для него месть, ты был тем, кто потом по правилам таких игр получил право забрать любого, кто станет ему дорог, ты убил его сына и невестку…