Ману на долю секунды переводит взгляд на меня, а потом поворачивается и уходит. Дверь за ним закрывается ударом приливной волны, которая вот-вот поглотит нас без остатка.

* * *

Когда Слейд все выкладывает Лу, Джадду и Дигби, в ответ раздаются суматошные гневные выкрики и проклятья. За исключением разве что Дига – он не шумит, но хмурится.

– Чертова королева Кайла, – говорит Лу, покачав головой. Вырезанный в ее волосах кинжал выглядит еще отчетливее в теплом свете камина.

Мы сидим на верхнем этаже в комнате, в которой я еще не была, и ее разделяет всего несколько дверей от личных покоев Слейда. Здесь стоит только большой стол посредине, а слева маленькая стойка с бутылками и кубками, которые только и ждут, когда их наполнят. На столе стоят стаканы, которые либо сжимают руками, либо о них забывают.

– Долго? – спрашивает Джадд.

Слейд делает большой глоток и отвечает.

– Уоркен и Барли сверились с цифрами. Если мы немедленно введем нормирование по всему королевству, то прокормим наших людей исключительно за счет запасов примерно… примерно четыре недели без поставок.

Всего месяц?

Я смотрю на Слейда, который сидит, упершись локтем в стол, и задумчиво водит пальцами по подбородку. Я увязла в неуверенности и задаюсь вопросом, как монархи оправдывают голод невинных людей. В мыслях слипается воспоминание о том времени, когда я ехала по столице Хайбелла и угодила в трущобы. В каждом обветшалом доме виднелись лишения, на худых людях висели невесомые лохмотья. Я всего раз взглянула на мытарства этих людей, на то, как они с ними справляются.

– Четыре недели? – Джадд присвистывает. – Ну, не лучший вариант.

– Я думала, они слишком зависят от нашей нефти и драгоценных камней, чтобы отважиться на такое смелое противостояние, – добавляет Лу.

Слейд допивает.

– После такого настроения людей ухудшатся. А значит, будут беспорядки и всплеск преступности. Нам понадобятся патрули. Нелегкая задача для армии, которая возвращается после долгих недель странствования по долбаной замерзшей Пустоши. – Он качает головой. – Мы выдержим осаду от другого королевства. В бою наша армия победит любую другую. Но мы не сможем победить их всех сразу, потому что у нас ограничены запасы продовольствия и наша армия уже устала.

– Они наносят удар, когда мы наиболее уязвимы. И перекрывать доступ к еде… Это довольно суровое наказание за то, что я не согласился привезти Аурен на этот дурацкий суд.

– Они ее боятся, – говорит Дигби. Когда все поворачиваются к нему, он пожимает плечами. – Если они верят этим слухам, то думают, что она может украсть и их силы. Они этого не хотят.