Опыта не было, а спросить как-то и не у кого.

И незачем.

– Не стоит переживать. – Чарльз улыбнулся. – На самом деле, конечно, в первый раз полет производит сильное впечатление, но вообще-то дирижабли не только быстры, но и безопасны. Куда безопаснее поездов.

– Ага, – только и выдавила я.

Эдди хмыкнул. Вот он-то обеспокоенным не выглядел, напротив, глядел на эту махину с немалым интересом. Чуялось, что не отказался бы и внутрях покопаться.

Я же…

Я же поднималась в небо. Чего бояться? Я помню, каково это, когда ветер наполняет крылья. И вовсе не боюсь высоты. И руку Чарли сжимаю просто потому, что могу.

Иду.

И не боюсь.

Ступаю почти без дрожи на узенький мостик, что протянулся меж причальной мачтой и дирижаблем. Мостик дрожит, а в лицо бьет ветер, так и норовя шляпу содрать. Приходится придерживать одной рукой. Но я иду.

Не будет такого, чтобы я струсила.

Внутри пахло дымом и железом, и еще приторной цветочной сладостью.

Я знала, что этот дирижабль – небольшой, что есть вовсе огромные, способные сотню людей перенести, а то и две. И наверное, они вовсе половину неба заслоняют. А наш… наш вмещал пару человек команды да и еще с дюжину пассажиров.

– Идем. – Чарльз потянул меня за собой. – Каюты небольшие…

Ага, крохотные, что конура собачья. Только и влезло, что кровать да тумбочка. А вещи где?

– Вещи? В багажном отделении. Нам лететь-то часов десять. И если что-то нужно, говори, принесут.

Не нужно.

Обойдусь.

В каюте имелись окошки, круглые и махонькие, через которые виднелся лишь огрызок неба, и тот тусклый какой-то. Меж тем дирижабль сотрясла дрожь.