– Конечно. И в чем-то мои мысли оказались верны. Только давай сегодня не говорить об этом. – Он приподнял бокал, салютуя. – Я привел тебя сюда не для того, чтобы грустить.

Кьяра последовала его примеру, пригубив великолепное белое вино, судя по вкусу и аромату, из редких велийских. Кадир осторожно поставил свой бокал на столик, достал из-за широкого пояса небольшую длинную коробочку, украшенную затейливой росписью, и протянул ее Кьяре.

– Что это? – спросила она, впрочем, догадываясь об ответе, и увидела великолепный браслет из белого золота, на котором загадочно мерцали многочисленные изумруды. – О, – только и смогла произнести Кьяра, доставая подарок.

Кадир мягко забрал браслет из ее руки, надел ей на запястье и, наклонившись, поцеловал тонкую кожу.

– Я прошу тебя стать моей женой, – сказал Кадир, поднимая на нее глаза, блеснувшие в свете заходящего солнца не хуже изумрудов на браслете.

Кьяра перевела дыхание, любуясь на самого прекрасного в своей жизни мужчину, и, к своей досаде, некрасиво шмыгнула носом.

– Зачем так официально? Конечно, я согласна. – Она скользнула руками по его плечам и, чуть не задев ногой столик, потянулась за поцелуем. Кадир ответил сразу же, его ладони обхватили ее талию и спину, все еще обтянутую темной тканью траурного платья, и Кьяра зажмурила глаза от удовольствия.

– Я обязан был… сделать предложение по всем… правилам, – говорил Кадир между поцелуями, бережно опуская Кьяру на мягкий ковер. Она чувствовала рядом бешеное биение его сердца и его частое дыхание, но последнее слово насторожило ее и заставило вспомнить ставшие вдруг важными вещи.

– Правилам, – повторила Кьяра. – Нам с Ильзой придется поехать в столицу.

Кадир немного удивленно посмотрел на нее затуманенными страстью глазами, а потом со стоном уткнулся лицом в ее шею.

– Статус принцессы, – его голос звучал приглушенно. – Может, займемся этим после свадьбы?

Кьяра пропустила между пальцами жемчужные пряди, в которых запутался красный луч солнца, и с наслаждением вдохнула знакомый тонкий аромат духов.

– Я не могу предстать перед твоими родственниками в роли особы неизвестного происхождения. Особенно перед твоей матерью.

– Только не говори, что ты ее боишься, – чуть насмешливо фыркнул Кадир. – Я уверен, ты ей понравишься.

– Ты – сын эмиры, – возразила она.

– А ты – приемная дочь герцога, – поднял голову Кадир.

– Не совсем. – Кьяра опустила глаза. – Понимаешь, во дворце мне сказали, что в Илеханде никто не знал о дочери Зигмунда Корфа, и удочерения не было. Но я была уверена в обратном. Эти сомнения и привели меня в Тусар к няне Алессии. Там я узнала правду, которая благодаря Ильзе открылась на собрании в Башне. И теперь необходимо довести все до конца. Кадир, я хочу стать твоей женой законно. И высоко держать голову, живя в Суриде, не опасаясь шепотков вокруг.