Липкие щупальца страха сжали её нутро, заставив перебирать в голове самые ужасные варианты будущего. Стук повторился, но теперь он был более настойчивым. Выдохнув, девушка положила свёрток с едой на кровать и подошла к толстой двери из светлого дерева. Сердце пропустило удар, бежать было некуда. Её комната, доставшаяся от матери, даже не имела окон, не говоря о другом выходе. Собравшись с духом, она отодвинула засов и, взявшись за холодную металлическую ручку, одним рывком открыла.

– Что ты тут делаешь? – спросила она, облегчённо выдохнув.

Пропуская гостя внутрь, девушка выглянула в коридор, дабы убедиться, что там никого больше нет. Прикрыв дверь, она повернулась к мужчине и с улыбкой бросилась к нему в объятия.

– Решил навестить тебя сам, – прошептал он рядом с ухом, обдавая жарким дыханием.

– Но мы должны были встретиться уже под Риотом.

– Я подумал, что тебе будет приятно увидеть меня перед отъездом, – немного отстранившись, с улыбкой ответил он. Лицо в обрамлении светлых волос заставило девушку улыбнуться в ответ. Сердце забилось в сладостном предвкушении. Но это помешательство мгновенно спало, стоило вспомнить об угрозе.

– Я должна как можно скорее покинуть Страттор. Скоро все поймут, что я во всём виновата.

– Не волнуйся, никто и ничего не поймёт, – прикоснувшись к щеке, прошептал он своим низким, грудным голосом. Ей отчаянно хотелось забыть обо всём и предаться нахлынувшей страсти. Но каждое мгновение было на счету. Выставив руку вперёд, она отстранилась.

– Я правда не могу. Мы встретимся в Риоте и тогда, каждая ночь, будет нашей, – пообещала она, проклиная судьбу за такую жестокость. Из-за этого дельца, которое и принёс ей возлюбленный, у них было так мало времени, чтобы побыть вместе. А так хотелось каждую секунду проводить подле него, вдыхать аромат волос, наслаждаться прикосновениями. Но так сложно предаваться любви, когда все мысли о пропитании. Бедность и жажда лучшей жизни вынудили её пойти на этот шаг. Но чего не сделаешь ради любви.

Взгляд мужчины из слегка томного, стал серьёзным. Помрачнев, он сделал шаг, заставив девушку отступить. Доброе лицо в мгновение ока обрело зловещие черты, словно скинув маску, он медленно наступал.

– Лион?

Маленькая комната не давала простора для манёвра, и, упершись в стол, Ришка замерла. Она не могла отвести взгляда. Такая резкая перемена внушала первобытный ужас.

– А я надеялся сделать всё красиво, – произнёс он.

Находясь так близко, он видел её страх, взяв со стола обычный нож, он нанёс точный и стремительный удар по горлу. Сделав шаг назад, он наблюдал, как девушка с застывшем на лице изумлении, пытается зажать руками рану. Кровь сочилась сквозь пальцы, заливая одежду и заставляя хрипеть. Рухнув на колени, она попыталась схватить возлюбленного за край верхней туники, но он отпрянул.

Лион, со всем присущем ему безразличием, наблюдал за Ришкой. Закатив глаза, она упала на посыпанный свежей соломой каменный пол. Убедившись, что девушка уже не дышит, он принялся обшаривать комнату. Найдя связку писем за шкафом и флакон от яда, спрятал их во внутреннем кармане жилета. Мешочек с деньгами нашёлся в собранном мешке. Разложив вещи по своим местам, мужчина подошёл к телу и вложил в левую руку нож. Окинув взглядом комнату в последний раз, Лион покинул её, прикрыв за собой дверь.

***

Чёрная кружевная вуаль полностью скрывала лицо женщины, тонкий золотой венец с россыпью бриллиантов и сапфиров смотрелся отблеском света в непроглядной Тьме. Ей пришлось полностью закрыться, дабы никто не увидел красные от слёз глаза и мертвенную бледность. Редкие заломы на ткани платья указывали на то, что его гладили в спешке, но Её Величеству это было не так важно.

Её муж скончался в самый разгар праздника и даже маги были бессильны. Ночь Откровений, омрачённая трауром, надолго запомнится всем. Как сказал Лекарь, сердце Короля, не выдержав нагрузки остановилось. Но женщина этому не верила, слишком неожиданной была эта смерть.

Пока было рано устраивать церемонию прощания, но чёрные флаги уже развесили во дворце, тем самым возвестив о смерти Короля. К полудню весь Страттор узнает об этом.

Стоя у кровати, Эвлипина Ярвел-Остригская думала, как быть дальше. Хотелось уйти в это горе с головой, остаться наедине, просто скорбеть, но для монарших особ это непозволительная роскошь.

– Ваше Величество, Вам следует произнести речь и огласить имя наследника согласно последней воле, – протягивая конверт, произнёс канцлер. Ему было крайне неудобно отвлекать Королеву, но некоторые дела не терпят отлагательств. Последняя воля Короля должна быть оглашена, не смотря на горе. Плотный светло-бежевый конверт был запечатан красно-коричневым сургучом. Он хранился среди важных бумаг, в архиве, и должен быть вскрыт только рукой монаршей особы.

– Это не могло подождать?! – вскинулась женщина, – Как вы можете говорить о таком прямо над телом моего мужа?

Теребя в руках белый платок, она наполнялась горестной яростью. Пусть между ними никогда не было великой любви, но за годы брака они стали невероятно близки. Уважение, доверие, почтение друг к другу, далеко не каждая семья могла похвастаться подобным. Эвлипина скорбела и корила себя за то, что до последнего не знала о состоянии здоровья Иоласа.

– Но Ваше Величество, такие дела не терпят отлагательств, – продолжил настаивать на своём канцлер.

– Хорошо! – раздражённо ответила Королева, выдернув у того из рук конверт. – Только потому, что это мой долг.

– Я отдам приказ: огласить волю Его Величества следует после полудня.

Поклонившись, мужчина покинул комнату, оставив Королеву в одиночестве. Когда за канцлером закрылась дверь, Эвлипина тяжело вздохнула. Посмотрев в очередной раз на лицо супруга, она просто не могла поверить в его смерть.

– Почему ты оставил меня? Почему сейчас? – произнесла она, и предательская дрожь в голосе снова дала выход слезам.

Приехав в Страттор совсем юной девушкой, она узнала, что такое быть Королевой. Обязанности, возложенные на неё Иоласом, не были такими уж сложными, но выполняемые на постоянной основе – выматывали. Поддерживать общение с благородными Леди, устраивать благотворительные вечера, поддерживать людей искусства и многое другое. Всё это требовало внимания, а теперь ей предстояло взять на себя и другие обязанности. Помочь новому Королю укрепить своё положение, устроить браки своих детей, разобраться с послами.

Вытерев одной рукой слёзы, Эвлипина подошла к окну и, сорвав печать, вгляделась в документ. По мере прочтения, её лицо из трагически-скорбного стало озлобленным.

– Вот как ты решил?! – прошипела она.

Королева в данный момент больше всего на свете хотела вцепиться в лицо супругу и выколоть глаза. Ей хотелось, как минимум тряхнуть его, взывая к благоразумию. Но он умер, оставив последнее слово за собой.

Подойдя к кровати, она сдёрнула вуаль и вперилась взглядом, полным ненависти в спокойное лицо супруга. В голове женщины роилось множество мыслей, подобно движению в осином гнезде. Эмоции яркими вспышками рисовали перед глазами самые ужасные картины. Затея с этим глупым законом вызвала одну из самых тяжёлых ссор за всю историю их брака. Но это решение было за гранью допустимого.

Окинув супруга взглядом, она медленно подошла к камину, после чего решительно бросила лист в огонь. То, что это настоящий документ, Эвлипина не сомневалась.

Имя её младшего сына уже начало лизать пламя, обращая последнюю волю Короля в пепел.

***

Свет из крошечного окошка под потолком разгонял полумрак, придавая теням сероватый оттенок. По усыпанному уже не свежей соломой полу, пробежала крыса. Будучи хозяйкой этого подземелья, она была крайне заинтригована, кого же занесло в её обитель. Тихонько попискивая, она подбежала к одной из камер. За толстыми железными прутьями, прямо на холодном полу, лежал молодой человек. Его запах и вид были незнакомы крысе. Каштановые волосы закрывали лицо, а поза говорила о том, что он без сознания.

Остановившись, хозяйка подземелья с лёгким свистом начала втягивать воздух мелкими глотками. Её розовый носик помогал собирать очень важную для крысы информацию. Вдруг у этого человека припрятано нечто вкусное? Тем более что из-за возросшей популяции в стенах крепости стало намного сложнее добывать себе пищу. Хитрые люди начали хорошо прятать еду, оставляя только отравленные кусочки. Уловив нотки знакомого аромата, маленькая крыска уже не могла противиться этому зову. Спокойно пройдя через широкий зазор между прутьями решётки, она приблизилась к своему гостю. Обогнув это огромное тело, она почувствовала, что запах стал сильнее. Дойдя до той части, откуда и исходил этот восхитительный аромат, она осторожна лизнула. Рука человека показалась такой же приятной на вкус, какой аромат источала. Лизнув ещё несколько раз, она больше не теряя времени, что есть сил, вгрызлась в мягкую плоть своими острыми, как лезвие зубами.

Истошно завопив, Винсент подскочил так, будто его пнул сам Искушающий. Вспышка боли заставила взор мужчины помутнеть. Пытаясь сбросить крысу, он чувствовал, как та будто бы намертво сомкнула челюсть на пальце. Противное создание не собиралось уступать. Тряся израненной рукой, вор всё же сумел измотать животное и маленькая челюсть разжалась. Упав в ворох соломы, крыса скрылась в ведомом только ей направлении.