– К сожалению, у меня уже есть планы на Ночь Откровений.

– Какие могут быть планы в такой день? Бал в главном дворце обещает быть самым пышным. Ну, неужели тебе совсем не хочется отвлечься?

– Не хочется.

– Аттикус, но я уже обещал.

– Дарнал, я очень занят. Быть может после праздника? – смягчился мужчина. Теперь ему было понятно, почему его родственник пришёл. Видимо, это такая попытка наладить связи. В другое время, он бы согласился, но сейчас был не тот момент, о чем и поспешил сообщить. – Сейчас очень остро стоит ситуация с делом, которому я посвятил шесть лет жизни. Я правда не могу отвлечься, даже на один день.

Взгляд Дарнала стал чуть более мягким и понимающим.

– Можешь не объяснять. Поговорим об этом после праздника, – улыбнувшись, ответил он. – Мы же всё-таки семья.

– Спасибо. – Аттикус был и правда удивлён. Дарнал несмотря на свою ветреность и легкомыслие, оказался не совсем лишён чувства такта. – А теперь, мне правда пора.

– Не смею задерживать. До встречи.

Исполнив короткий поклон дабы разрядить атмосферу, Дарнал Корул покинул кабинет. Потушив свечу Аттикус подошёл к двери, снял с крючка простой чёрный плащ. Ночь обещала быть холодной, да и не стоило светить лицом в таких кварталах.

Путь предстоял не самый близкий, можно было и быстрее добраться. Но цель была подойти незаметно. Дакрал решил ограничиться лишь своими ребятами возле Пьяной Горгульи. Когда он переступит порог, его люди тут же перекроют все выходы, включая окна.

Пришлось взять из конюшни более смирную и простую лошадку. За Винсентом наблюдали, да и поймать его можно было в любой момент, а сейчас важна осторожность. Его жеребца не узнал бы только слепой, такую породу далеко не каждый мог себе позволить.

Миновав рабочие кварталы, мужчина приближался к месту встречи. Оставив лошадь у коновязи трактир, где держали Чаго, Аттикус зашёл внутрь и поднялся в снятую на втором этаже комнату.

– Как дела? – обратился он к своему человеку.

– Пока никого не было. Тарри и Борл наблюдают, как только в трактир войдёт подходящий под описание – прибегут.

– Хорошо, – кивнул Лорд. Повернувшись к Чаго, он увидел, как тот побледнел, – Ты как?

Вор был явно нервничал, но держался вполне неплохо. Ему явно было некомфортно в таком положении, взгляд лихорадочно метался по комнате, но никакого подёргивания рук или учащённого дыхания, не было.

– Мне же нужно только войти? – решил уточнить Чаго.

– Да, но ты не должен себя выдать. Заговори его, пока я не появлюсь.

– Понял.

В трактире было шумно, но грохот шагов на лестнице было сложно пропустить. В комнату вбежал растрёпанный человек, на лицо совсем мальчишка.

– Он вошёл в трактир!

– Пора, – скомандовал Лорд. Его люди тут же направились к выходу.

Став к окну, Аттикус принялся наблюдать. «Пьяная Горгулья» находилась в конце улицы, делать засаду ближе было слишком опасно. Тихая улица, любые изменения сразу заметны. Трактир, в котором они держали Чаго, работал только благодаря своей репутации. Не слишком шумное, вполне приличное место. Не там, где только пьют да развлекаются, а куда и даму привести можно, дабы отужинать.

Чаго вышел на улицу один, пройдя до поворота он подошёл ко входу в трактир и через некоторое время скрылся за дверьми. Если бы не яркий лунный свет, этого не было бы видно. Но улица была как на ладони. Выждав немного, Аттикус покинул своё укрытие и направился вслед за Чаго. Ему нужно было, что бы Маску отвлекли, мало ли что. Вдруг он решит посмотреть в окно, а это дало бы ему время на побег. Всё было просчитано заранее.

Дойдя до трактира, Аттикус постучал. Ему открыли, и пропуском стал золотой. Охранник даже бровью не повёл. Ведь для этого дела Лорд выбрал самый обычный наряд и ничем не отличался от обычных посетителей трактира, хотя и был несколько чище остальных. Но кто ж за этим смотрит, когда перед глазами золотой.

Миновав шумный зал и поднявшись по лестнице, мужчина прошёл мимо ряда одинаковых дверей до конца коридора. Голос Чаго он узнал сразу. Взявшись за слегка липкую ручку, он толкнул дверь.

В комнате был вор, а напротив стоял силуэт в плаще. Глубокий капюшон закрывал лицо и грубая, жёсткая ткань делала фигуру бесформенной. Увидев на пороге комнаты Лорда, Маска ринулся к окну.

– Там мои люди, – предупредил Аттикус. По движениям было понятно, что вор запаниковал и принялся отступать к углу. – Я хочу поговорить.

Опасаясь за свою жизнь, Чаго прошмыгнул мимо Лорда. Мало ли как может обернуться ситуация, а жить ему хотелось. Наученный теневым миром, мужчина понимал, что в таких ситуациях чаще всего страдают те, кто просто попался под руку.

– Я хочу предложить сделку. Но если ты решишь бежать, то должен знать, что мои люди окружили трактир и тебя поймают.

В комнате было слишком темно, но на грубо сколоченном столе стоял подсвечник с единственной оплывшей свечой. Подойдя, Лорд зажёг её. Перестав отступать, вор сделал шаг вперёд, ближе к столу.

– Я правда не желаю тебе зла. Наоборот, я хочу помочь и что-то мне подсказывает, что нам просто суждено найти общий язык. А теперь, быть может снимешь капюшон? Мне интересно увидеть твоё лицо.

Даже руки вора были скрыты перчатками из толстой, тёмно-коричневой кожи. Подняв руки, он взялся за края капюшона и убрал его назад.

– Ну здравствуй, Маска. Кто бы мог подумать, – усмехнулся Лорд.

Глава 20 «Ночь Откровений»

Глава 20 «Ночь Откровений»

На континенте много праздников, но только четыре из них особенно выделяются. Год начинается с чествования Светлого Святого, следом за ним день Малиссы, Ночь Откровений и праздник Сбора Урожая. Разделяющий праздники сезон помогал людям не потерять себя и давал достаточно времени на подготовку. Пусть на само веселье отводится только один день, каждый из великих праздников на континенте ждали с нетерпением.

Освобождаясь от каких-либо дел, люди позволяли себе предаваться праздности. Можно было хоть целый день лежать, и никто и слова бы не сказал лентяю, но в такой день, лучше веселиться. В сознании некоторых веселье – это пьянка. Но таким людям, как правило, повод не нужен, а остальные старались использовать это время с пользой.

Ночь Откровений особенно любили в Милгоре именно за такое сиюминутное уравнивание. Можно кутить, начиная с рассвета. Весна ушла, приходит черёд лета. Впереди много работы, торговые дела, посевы, выведение скота – всё нужно успеть. Но перед этим не плохо бы отдохнуть, от души напиться, потанцевать, а быть может, и сочетаться узами брака.

Это сладостное предвкушение чувствовалось ещё за десятину до самого дня. Везде висели разнообразные украшения, маленькие и большие флажки, яркие ленты, цветы. С самого утра пахло свежей выпечкой, жареным мясом и вином. На улицы выставляли подносы с угощениями. В этот день люди ходили в гости, собираясь у родственников или друзей, посещали трактиры, желая обрести новые знакомства, гуляли по улицам города в ожидании самого главного. Аристократы посещали балы, а горожане собирались на площадях, куда по приказу Короля ежегодно выкатывали огромные бочки с вином и раздавали угощения.

Музыка звучала не только из каждой таверны, но и буквально на каждом углу. Нередко можно было встретить изрядно подвыпивших одиночных музыкантов, которые бесцельно бродили по улицам Страттора, наигрывая какой-то простой мотив. Горожане любили Ночь Откровений за возможность побыть просто людьми, без забот и проблем.

Главной традицией именно этого праздника было наличие маски. Их делали из самых разных материалов, у аристократов это могло быть кружево, яркие перья, драгоценные камни, лучшие ткани и даже золото. А вот обычным горожанам приходилось обходиться подручными материалами. Форму старались делать из ненужного тряпья, придавая жёсткость самодельным клеем, а уже сверху маску украшали кусочками яркой ткани и пёрышками.

Эти гуляния помогали расслабиться и обрести чувство единства. Даже в храмах не читали проповеди, понимая, что людям необходим отдых. Но не всем суждено в этот день отдыхать, кто-то должен и работать. Стражники вдвое усерднее патрулировали улицы, а слуги в богатых домах сбивались с ног, дабы успеть всё подготовить. Даже в королевском дворце ощущалось это напряжение.

По плану, с утра, монаршей семье следовало совершить небольшую прогулку по саду в окружении придворных. Торжественный обед для некоторых приглашённых и уже вечером, пышный бал-маскарад.

Придерживаясь установленного порядка, все были на своих местах, и только Его Величество Иолас остался в своих покоях. Утром он уже не смог подняться и силы словно бы покинули его тело. Только благодаря стараниям верного лекаря, к обеду Король встал с кровати. Отказавшись от еды, он принял лекарства и занял своё излюбленное место в кресле у камина. Огонь успокаивал и помогал сосредоточиться.

– Быть может Вам стоит остаться в постели? – осторожно предложил Барнабас. Он видел, как тяжело его Королю даётся каждый шаг, каждый вдох, и ненавидел себя за бессилие. Наблюдения, попытки создать лекарство, бессонные ночи в архиве, но он так и не смог найти ответ. Его Величество угасал прямо на глазах, словно бы сама жизнь покидала мужчину. Даже общение с магами ничего не дало, те только разводили руками, отрицая какое-либо магическое воздействие.