Николас

Дни перед Летним юбилеем всегда насыщены, и каждая минута запланирована. В воздухе чувствуется напряжение, груз, который нужно пережить, потому что множество важных дел цепляются друг за друга, как пиявки.

Высокопоставленные лица и главы государств приезжают со всего мира и размещаются во дворце. Фотосессии с королевской семьей – близкими и дальними родственниками, – встречи и интервью с прессой. Организованный хаос возрастает с приближением дня расплаты подобно пробуждению вулкана, который готовится к апокалипсическому извержению.

Я прохожу через это каждый год с улыбкой, приклеенной к лицу и невысказанными словами, крутящимися в моей голове. Но последние двадцать четыре часа были особенно сложными. Я говорил правильные слова, делал все, что от меня ожидали, но на моих плечах словно лежала огромная ответственность.

Я будто пребываю в трауре… как в дни после гибели моих родителей. Когда, несмотря на сокрушительное горе, давящее на каждую клетку моего тела, мне приходилось идти, подниматься высоко, ступень за ступенью.

Я полон решимости насладиться сегодняшним вечером, именно насладиться. Оливия никогда не видела настоящего бала с его помпезностью, церемониальностью и величием, какие сложно себе представить. И я хочу впитать ее реакцию – каждую улыбку и блеск удивления, который промелькнет в ее глазах. Я накоплю эти моменты, сохраню воспоминания сегодняшнего вечера, запру и сберегу, чтобы открыть потом и пережить их снова, когда она уйдет.

Я жду в гостиной «Гатри-Хауса», когда одетая и накрашенная Оливия спустится вниз. Я собираюсь сопроводить ее в главный дворец, где мы получим последние инструкции по этикету перед началом бала.

До меня доносится шелест ткани наверху; я поворачиваюсь и чуть не падаю на задницу.

Ее платье бледно-голубое, из шелка и шифона, с низким драпированным вырезом, приоткрывающим соблазнительную грудь. Оно обнажает плечи, но закрывает руки. Стиль старомодный, но это не маскарадный костюм. На лифе украшенные стразами застежки, а атласная ткань обтягивает тонкую талию, спускаясь к юбке с небольшим кринолином. С одной стороны атлас стянут драгоценностями, открывая бледно-синий шифон с разноцветными камнями. Локоны Оливии забраны в изящную прическу гребнем с алмазами.

Фергус стоит рядом со мной, и этот старый пес практически вздыхает.

– Девушка похожа на ангела.

– Нет, – говорю я, когда Оливия достигает последней ступеньки. – Она выглядит как королева.

Оливия встает напротив меня, и мгновение мы просто смотрит друг на друга.

– Я никогда не видела тебя в военной форме, – говорит она, жадно окидывая меня взглядом с ног до головы, прежде чем встретиться с моими глазами. – Этот образ должен быть вне закона.