– Что ж, я бы не волновалась за нее так сильно, я совершенно уверена, что она примет тебя с распростертыми объятиями хоть сейчас. – Я отталкиваю его, когда он пытается меня обнять.

– Миа, не…

– Просто хватит.

Он хватает меня за руку, когда я пытаюсь уйти, и поворачивает лицом к себе, прижав меня спиной к стене, и смотрит на меня с такой страстью, что у меня мурашки бегут по коже.

– Я не хочу, чтобы кому-то из нас было плохо, – говорит он подчеркнуто спокойно. – И я знаю, что все сделал неправильно.

Я закрываю глаза, сжимаю губы, чтобы скрыть дрожь, которая охватывает меня от одного его прикосновения. Я хочу сейчас прижать его к себе, зарыться в его волосы, почувствовать его тяжесть на себе…

– Я выбежал за тобой из той квартиры, – напоминает он мне, склоняясь, чтобы поцеловать мой подбородок. – Я знаю, что не мое дело, как она там, что с ней. Но… если то, что она чувствует ко мне, хотя бы наполовину похоже на то, что я чувствую к тебе, я хочу быть бережнее к ее чувствам, потому что не могу даже представить, что бы со мной было, если бы ты оставила меня.

Просто невозможно, как обычные вроде бы слова заставляют сердце в моей груди замирать и проваливаться куда-то в пропасть.

Он целует мочку моего уха, мурлыча:

– Это просто убило бы меня. Мне нужно убедиться, что с тобой все хорошо, прямо сейчас.

Его руки беспорядочно шарят по моему телу. Возможно, это попытка успокоить меня, а может быть себя. Он гладит мои руки, бедра, зажимает подол юбки в кулаке и тащит ее вверх.

– Ансель… – предупреждаю я, но даже отворачиваясь от его поцелуев, я невольно двигаю бедрами навстречу его прикосновениям. Руки мои сжимаются в кулаки, я хочу больше, хочу жестче. Мне нужна разрядка.

– Ты в порядке? – спрашивает он, целуя меня в ухо.

Я не отворачиваюсь, когда он снова целует мой подбородок, и не сопротивляюсь, когда он двигается ниже, стою, широко раскрыв глаза, пока он целует мои губы. Но когда его рука скользит мне между ног и он шепчет: «Я сделаю тебя такой мокрой…», когда его пальцы касаются моих трусиков, я решительно отталкиваю его руку.

– Ты не сможешь исправить все сексом.

Он застывает в недоумении и смущении.

– Что?

Я неумолима.

– Ты думаешь, что можешь меня успокоить, просто заставив меня кончить?

Он впервые выглядит сбитым с толку, почти рассерженным.