– А ты, конечно же, оскорбилась и не поверила?

Она неуверенно кивает, то ли соглашаясь, то ли отрицая, и сильнее сжимает мою футболку на спине, будто хочет впаяться в меня. Такое чувство, что я пугаю ее и одновременно успокаиваю.

Это какой-то тотальный тупик.

«Детка, нам просто не суждено удержаться вместе».

Может, когда-нибудь потом, но точно не сейчас.

Беру руку Рианны в свою, трусь губами о теплую ладонь и кладу ее себе поверх раны, спрятанной под хлопком футболки и эластичной повязкой. Каждое прикосновение Ри – как инъекция обезболивающего. Она пахнет моим мандариновым шампунем. Я ощущаю аромат несмотря на горький смог, который вырвался из духовки.

Мне всегда было все равно, как именно я умру. А сейчас не все равно. Я даже улыбаюсь этой мимолетной мысли: хочу умереть рядом с Рианной Ламлашской, когда нам будет лет по девяносто.

Джейсон сразу понял, что соседская девочка – моя. Что убью его, если тронет ее хоть пальцем. А значит, он обязательно тронет: не вынесет мысли, что у меня есть кто-то лично мой, вдохновляющий рвать вены, лишь бы выбраться из тлена. Поэтому мне лучше уехать, чтобы не дразнить ублюдка. Инспектор Доннаван то же самое посоветовал – из-за истории с Лойером.

Поставщика, который привозил партию героина для Ханта, завербовали, и он не рассказал хозяину, что готовится облава. Тот не заподозрил и спалился, когда я пришел к нему – на этот раз с прослушкой. Охрану Лойера убили при захвате, а его арестовали. Он обязательно явится за мной – так же, как я пришел за ним. Чужими руками, не своими, но дотянется до меня. Он сказал, чтобы я обнял свою семью, потому что скоро смогу увидеть только их могилы, и я первый раз в жизни счастлив, что у меня нет семьи. Только Лина, но она в безопасности в Нью-Йорке.

О Рианне Лойер не узнает, если я уеду и не буду светиться рядом с ней. Инспектор обещал переговорить с местной полицией по поводу наблюдения за домом семейства О’Нил на всякий случай. Мало ли. После всего, что с нами произошло, я рассматриваю любую случайность как возможное будущее. Я всегда был параноиком, но теперь просто невменяемый. В итоге и уезжать не хочу, и оставаться опасно, потому что подставлю Ри под удар одним своим присутствием.

Черт бы все побрал. Видно, моя жизнь слишком быстро двигалась в позитивную сторону, а я не заслужил. Потому что я ведь действительно убил человека когда-то.

Ри нежно проводит ладонью вниз по моей груди, исцеляя, и я будто под кайфом; кажется, ощущаю даже, как расширились мои зрачки. Медленно поднимаю руки, сдаваясь, и расстегиваю верхнюю пуговицу на ее блузке, затем еще одну…