— Заткнись, слышишь?! — вырвала руку, которую он сжимал едва ли не до синяков. Но жених не желал отступать, резко развернув к себе, чтобы снова прошипеть в лицо:

— Ты сейчас же скажешь ему, чтобы проваливал. Иначе ты, а, скорее, он — пожалеете. Ты меня знаешь, малыш, я могу превратить жизни неугодных мне людей не просто в ад, в ничто. Ну, говори, — он развернул меня, как куклу, но продолжал удерживать на расстоянии от Севера. Тот смотрел пристально, жадно, и только жесткая цепкая хватка брата останавливала его.

— Север…, — голос предательски сорвался, но я постаралась придать ему нужную холодность и жесткость. — Тебе лучше уйти, — я с отчаянием смотрела в родные глаза, в которых медленно затухала жизнь. Я понимала, что теперь точно все, конец, но мне так хотелось, что есть силы, прижаться напоследок к нему, вдохнуть запах его кожи. — Я желаю тебе счастья с… твоей семьей и…, — я не смогла ни договорить, ни улыбнуться, просто развернулась и пошагала к автомобилю, из которого выскочил водитель, открывая мне дверь. Молча села на сидение, поймав его последний взгляд. Губы беззвучно шепнули «прости», а затем темная, бронированная дверь отрезала меня от всего мира.

Бахтияр постоял еще несколько минут, затем что-то сказал охране и подошедшему водителю, и направился к машине. За руль он сел сам, вероятно, отослав водителя в соседний с «Геликом» неприметный серый автомобиль. Он немного посидел, барабаня пальцами по рулю и шумно дыша. Я старательно смотрела в противоположное окно, чтобы не видеть, как уходит из моей жизни навсегда тот, кого я люблю.

— Ты… спала с ним? — первый вопрос, который задал мне Бахтияр с момента нашей последней встречи. — Скажи, я… пойму, — снова заговорил он, видя, что я не только не желаю с ним разговаривать, но и даже не повернула головы, сделав вид, что его здесь нет.

Резкий сигнал клаксона заставил меня вздрогнуть — Бахтияр с силой ударил по рулю кулаком. — Ты спала с ним, чтобы отомстить мне за Крис, — он не спрашивал — утверждал. Я хмыкнула про себя — слишком большого он о себе мнения, чтобы я опускалась до измены. К тому же, я-то была свободна от любых отношений, вернув ему не только слово, данное отцом, но и колечко.

— Саша, — Бахтияр повернулся ко мне. Его голос звучал глухо, но было слышно, как он старательно сдерживает эмоции, вероятно, не желая начинать ссору. — Крис… все было совсем не так, как она сказала. И как ты себе вообразила…

М-м, это уже что-то новенькое, — снова хмыкнула, но вида не подала. Только наклонила голову, внимательно посмотрев на виноватое выражение на лице жениха. Интересно, долго репитировал перед зеркалом? Но тут же отвернулась, понимая, что все, что он хочет мне сказать, мне совершенно не интересно.