— Это еще не все, — снова вывел меня из задумчивости голос нотариуса. Перед ним на столе лежал пухлый конверт, который он протянул мне. — Александра Георгиевна, это письмо мой клиент оставил для вас лично.

Я приняла его трясущимися от волнения руками, стараясь не пошатнуться от слабости в ногах. Глаза мгновенно наполнились слезами, но я постаралась улыбнуться, принимая… последнюю весточку от папы. Потом поплачу.

— Спасибо, — прошептала я. Последняя воля отца озвучена.

— Если кому-то что-то непонятно, можете обратиться за разъяснениями, — проговорил нотариус, но я уже закрывала за собой двери в кабинет, навсегда отрезая прошлое. В нем было все — плохое и хорошее. Счастливое время и временные трудности. Но самое главное — там был мой папа, отдавший за меня свою жизнь. Я прижала конверт к груди, приподнимая подбородок, и дрожащие губы сложились в легкую улыбку. Я не забуду. Сейчас я должна смотреть в будущее, а остальное… буду решать проблемы по мере их поступления.

— Саша? — окликнула меня Арина, и я обернулась, кивая Толику, который вышел следом. — Саш, я хотела сказать…

Я просто обняла подругу, увлекая ее на улицу. Не могу здесь находиться больше, да и… хочу к своему Северу! Мы шли по тихой тенистой аллейке, которая вела к парку. Солнечные лучи пробивались сквозь плотную листву, но здесь было прохладно.

— Что ты хотела сказать? — спросила я, первой нарушив наше молчание. Мы сели на лавочку, которых здесь было в обилии, а недалеко от нас расположились Анатолий и Таисия. Я как-то и забыла, что обе женщины любили моего отца, и только сейчас поняла, как им, наверное, сложно сохранять видимое равнодушие. — Прости, я как-то не подумала, приглашая Таисию с собой, — повинилась, глядя на изумленное лицо Арины.

— Я не ревную его к прошлому, — пожала она плечами в ответ и тут же посерьезнела. — Саш, надеюсь, ты не посчитаешь меня охотницей за наследством? Ведь твой отец… честно, я как-то не ожидала, что он оставит содержание на ребенка.

— Арин, а ты думала, папа оставил бы вас без гроша, только потому, что вы не были с ним официально зарегистрированы? И… глупости не говори, — фыркнула я, — жаль, вы оба были упрямы и не… поздно оба поняли, что можете быть вместе, — грустно добавила я. — И почему он не видел, какое сокровище рядом с ним?

— Он видел и знал, — улыбнулась светло Арина. — Все знал и понимал, Саша. Признался мне, что всегда мечтал быть рядом, а я… редиска такая, строила из себя недотрогу. Даже помощником называл именно по моей просьбе, — усмехнулась женщина, глядя куда-то в синеющее над нами небо. — Он не хотел меня оскорблять связью будучи женатым мужчиной, хотя… какая глупость! за ним я готова хоть в огонь, хоть в воду. Но у него договор с Викой… был, да и…, — женщина вздохнула, отворачиваясь от меня, чтобы скрыть слезы и боль в глазах, — он сам объяснит тебе в письме.