— Пожалуйста, — позволяю ей сделать первую тягу. Я ж добрый. Артёмка всегда добрый.

Брюнетка не теряется, затягивается с очень многозначительной мимикой и не менее красноречивым взглядом. Наклоняется и медленно выдыхает мне в лицо. А я, как Лилин отец, возможно, начинаю ловить глюки, только не зрительные, а вкусовые.

Мне же не могло показаться, что…

Теперь затягиваюсь я. Ну точно. Вкус черешни и амаретто. Здравствуй, «Доктор Пеппер». Давно не виделись.

Этот кальянщик-брутальный-добрый-мишка экстрасенс, что ли? Как из огромного ассортимента вкусов, он выбрал именно то сочетание, которое ассоциируются у меня с первым и незабываемым поцелуем с Лилей? Поцелуем любимой девушки.

Прикрыв глаза, затягиваюсь снова, обновляя воспоминания. И в то же время начинаю параноить.

А что, если Лиля сейчас с ним целуется? А что, если он её трогает? Обнимает. Раздевает. Укладывает на кровать. Она отзывается. Выгибается. Покрывается мурашками. Стонет. Царапает. Смотрит. Губы кусает. Он сверху. Или сзади.

«Да ну на х*й такие мысли», — обхватываю голову руками, ощущая во рту этот грёбаный сладкий привкус газировки. А внутри горечь досады разливается.

Лиля не клялась мне, что я буду для неё единственным. Глупо было бы так думать. Дружба дружбой, а секс врозь. Я больше не нужен. Артёмка сделал дело, Артёмка может уходить.

Даже если у неё ничего не было с обладателем красной куртки и черной Ауди, так рано или поздно может быть с ним или с кем-то другим. Вопрос времени. А вот что делать мне? Признаться, несмотря на новые обстоятельства? А в ответ снова услышать: «Ты и сам всё понимаешь»?

— Тём, расслабься, ты какой-то замороченный, — ко мне подвигаются вплотную. Дым кальяна снова выдыхается в лицо.

Выразительные глаза, обрамлённые пышными ресницами. Пухлые губы. Длинные пальцы, обхватившие мои напряжённые плечи. Прелести женской груди, так явно проглядывающиеся сквозь тонкую ткань платья. Женский запах. Хочет. Она меня хочет. Ещё ближе. Не стесняясь никого, пытаясь не задеть кальян, усаживается на меня сверху.

Вот девушка. Руки, ноги, голова, губы, грудь. Тепло. Желание. Что ещё нужно одинокому, изголодавшемуся по ласкам парню? Активное согласие, мать его.

Чуйка снова дергает меня за волосы. Заставляя обратить внимание на мёртвый телефон и лежащую рядом с ним на столе зарядку. Розетка на расстоянии вытянутой руки приглашает воспользоваться её услугами.