А Джек… Он внимательно следил за лениво вращающимся вентилятором на потолке, разгоняющим толстыми лопастями жаркие сгустки воздуха, и ковырял указательным пальцем крошечную ранку на левой руке. Спустя десять бесконечных и липких минут эта же милая официантка поставила на стол два подноса, и, пожелав приятного аппетита, поспешно удалилась прочь, даже не посмотрев на гостей.

— Что выберешь, солнце? Видишь, а ты беспокоился о том, что еда окажется невкусной — и посмотри, что за чудо нам принесли!

Мальчик долго-долго смотрел на принесенные лакомства, и все же осторожно подтянул к себе тарелку со странным холодным супом, в котором одиноко плавали нарезанные кусочки овощей, покрытые странной белоснежной пленкой. Он решил попробовать всего одну ложку, а потом уже пожаловаться маме на отвратительный вкус, с чистой совестью протягивая ладонь к аппетитной горе разноцветных пончиков, но… сложно признаться в поражении ребенку, которому нужно смириться с чужими словами и позабыть о некогда сказанных своих. Этот сливочный суп был лучшим сливочным супом, который Джек когда-либо ел, а потому миска опустела в считанные мгновения, и чуть позже, не замечая смешок матери и перепачканные в сладкой глазури губы, сказал: