ДетективыФилософия красотыстр 277
Светлый фон
Серж подтвердил: да, родственники, старик и не предполагает, насколько родственники. Мика замолчала, с отцом она спорить не станет, выплеснет яд на кого-нибудь другого. Поначалу Мика пыталась укусить мачеху, но Адетт укусов не замечала. Адетт в принципе не замечала никого, кроме самое себя, и это ее безразличие было оскорбительнее слов. Серж на собственной шкуре опробовал.

– А ты ее не слушай, – продолжал вещать Алан, – Мика – дура, как и все женщины. За всю жизнь ни одной умной не встретил.

– А ты ее не слушай, – продолжал вещать Алан, – Мика – дура, как и все женщины. За всю жизнь ни одной умной не встретил.

– Даже так? – Сержа удивил тот факт, что Адетт слушает разглагольствования супруга с тем же равнодушно-отрешенным выражением лица, не пытается ни протестовать, ни перевести беседу в другое русло.

– Даже так? – Сержа удивил тот факт, что Адетт слушает разглагольствования супруга с тем же равнодушно-отрешенным выражением лица, не пытается ни протестовать, ни перевести беседу в другое русло.

– Так. Только так. И чем красивее, тем глупее. Ловят таких же дураков на красоту, а те и рады. Только красота ведь не вечна. Сегодня есть, а завтра нет. Сегодня я вижу, а завтра ослеп, или умер. Что тогда?

– Так. Только так. И чем красивее, тем глупее. Ловят таких же дураков на красоту, а те и рады. Только красота ведь не вечна. Сегодня есть, а завтра нет. Сегодня я вижу, а завтра ослеп, или умер. Что тогда?

– Не знаю.

– Не знаю.

– Ничего. После смерти не будет ничего.

– Ничего. После смерти не будет ничего.

– А душа?

– А душа?

– Душа… Душа, душа, душа… – Алан нацепил на вилку ломтик розового мяса. – Кто видел эту душу? Кто знает, что она чувствует, из чего состоит, и живет ли вечно. Да и красивое лицо еще не означает красивой души. Бессмертие у человека одно – дети.

– Душа… Душа, душа, душа… – Алан нацепил на вилку ломтик розового мяса. – Кто видел эту душу? Кто знает, что она чувствует, из чего состоит, и живет ли вечно. Да и красивое лицо еще не означает красивой души. Бессмертие у человека одно – дети.

Мика заерзала на стуле и попыталась выпрямить спину, но неловко потянула скатерть – как только умудрилась зацепится? – и на пол дождем посыпались вилки. На Мику больно было смотреть: она едва не расплакалась от обиды, накрашенный ротик сжался в одну красную точку, а брови сошлись на переносице.

Мика заерзала на стуле и попыталась выпрямить спину, но неловко потянула скатерть – как только умудрилась зацепится? – и на пол дождем посыпались вилки. На Мику больно было смотреть: она едва не расплакалась от обиды, накрашенный ротик сжался в одну красную точку, а брови сошлись на переносице.