Творец
Как всегда, не обошлось без мелких, но отнимающих кучу времени проблем. Сначала возникли проблемы с заменой: Инга не подошла, в ней, конечно, и рост, и стать, и даже определенное сходство с Ксаной имелось, но кожа… отвратительно смуглая, прожаренная солярием, да и разрез глаз другой, а это заметят.
Пришлось тратить время, ехать в «л’Этуаль» и лично смотреть каталоги, вроде бы нашел нужный типаж, так гадкая девица, словно нарочно, чтобы позлить Аронова, вчера сходила в парикмахерскую и теперь щеголяла угольно черными волосами. Это было невыносимо – осветлить, снова осветлить, потом покрасить, и снова осветлить. В конечном итоге, оттенок все равно другой получился, ему не хватало глубины и изысканности, но Лехин прав – никто сильно присматриваться не будет, во всяком случае к волосам. Другое дело лицо, вот тут пришлось постараться – толстый слой грима, и кожа обретает необходимую белизну, а глаза станут чуть уже, и при этом будет казаться, будто они вытянуты к вискам.
Сам Аронов, конечно же, в два счета раскусил бы обман, но среди толпы сплетников, что соберется вечером, вряд ли отыщется человек, который обратит внимание на детали. Они хотят увидеть лицо Химеры, они его увидят.
Но где же, черт побери, Ксана? Не то, чтобы Аронов волновался, скорее он был зол. Своим отсутствием Ксана затягивала процесс перевоплощения, Ник-Ник конечно помнил образ Химеры в мельчайших деталях, но помнил его таким, каким создал, а Ксана уже успела обжить его, привнести что-то свое, и поэтому без Ксаны завершить перевоплощение было невозможно.
Девушку-подделку звали Олесей – Ник-Ник моментально переименовал ее в Лисс – и к своей роли она отнеслась со всей возможной ответственностью, да и вообще на редкость исполнительная девчонка, не ноет, вопросами глупыми не мучает, да и вообще молчит большей частью.
Голос – еще одно слабое место, у Химеры глубокое сопрано, а у Лисс – детский альт, этакий птичий щебет, а не голос, а это плохо, очень плохо… ну да можно будет придумать что-нибудь про ангину там, больное горло или охватившее девушку волнение.
Чушь, конечно, чем дальше, тем больше Аронов сомневался в успехе этой затеи. Слишком разные девушки, слишком… у Лисс ни капли огня в глазах, одна овечья покорность, плюс руки толстоваты, шея чересчур короткая, а губы тонкие…
Тому же в подвале неоконченный портрет, а это плохая примета, очень плохая. Портрет – неотъемлемая часть проекта, свидетельство очередной победы Аронова, а теперь получается, что победы не было? Нет, портрет Ник-Ник обязательно допишет, Ксана не откажется попозировать еще несколько дней, да и куда ей деваться-то?