В январе двадцать первого года Хелена родила мальчугана, и по легенде он был сыном Гордеева, со всеми вытекающими в виде игры в папашку на публику. Что ж… Это раздражало, но не было самым худшим, учитывая, что сам Гордеев вошёл в очередную фазу операции, когда им наконец-то заинтересовались действительно большие люди.

Ещё полгода дотошных проверок, полной изолированности от любых внешних контактов, осторожных подкатов и выверенных предложений… и вот, к концу лета, его наконец-то «завербовали» С этого дня Гордеев окончательно стал «предателем», и сука-жизнь в любой момент могла вывернуть так, что для родной страны он предателем бы и остался. Навсегда.

Потекла другая жизнь, хождение по краю. Люди, окружающие Гордеева теперь, разительно отличались от тех придурковатых исполнителей, с которых началось его внедрение. С этими недостаточно было просто побухать и похаять Россию-матушку, чтобы сойти за своего. Эти фильтровали базар и требовали конкретики, отчего Гордееву приходилось постоянно и всюду лавировать, в каждом их действии и слове подозревать подвох, контролировать каждый свой вздох и слово, думать исключительно на английском и даже видеть английские сны — во избежание смысловых разночтений. И это было уже далеко не болото.

Единственная редкая связь с Конторой происходила теперь исключительно через «любимую жену» Хелену, простую владелицу салона по общипыванию высокопоставленных мудей. Всё-таки Бирюков молодец, и это изначально было большой удачей, привлечь к сотрудничеству именно её — сточки зрения и конспирации, и наличия неформальных связей.

В таком диком напряжении прошёл сентябрь, а за ним и октябрь, открывший перед Гордеевым очередную дверь — теперь большую часть времени он находиться на Западе страны, в закрытом исследовательском центре, где его готовили к биологической диверсии на территории России. Учили смешивать некие жидкие компоненты и при помощи подручных средств обеспечивать выращивание патогена в бытовых условиях. Спустя две недели после посева в специальном контейнере, патоген нужно было доставить на точку и залить в вентиляцию какого-то крупного торгового центра. Адрес, схему воздуховодов и план помещения Гордеев должен был получить уже на месте.

Одновременно с этим, он проходил обработку и по «повышению личной мотивации», а по-русски говоря — подвергался промывке мозгов. Для своих хозяев он был лишь пешкой, фанатичным врагом своей бывшей Родины и её правящей верхушки. Жертва усиленной антироссийской пропаганды. Зомби с полным отсутствием критического мышления. Универсальный солдат, умеющий и убивать, и выживать, и готовый везти смертельную заразу даже в собственном теле — лишь бы послужить делу уничтожения ненавистного народа.